Cлово "ВОСЕМЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  
1. Память, говори (глава 9)
Входимость: 4.
2. Отрывки, наброски пьес.
Входимость: 4.
3. Пнин. (глава 3)
Входимость: 4.
4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 4.
5. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 24)
Входимость: 3.
6. Машенька. (страница 5)
Входимость: 3.
7. Лолита. (часть 2, главы 31-34)
Входимость: 3.
8. Память, говори (глава 3)
Входимость: 3.
9. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 3.
10. Камера Обскура. (страница 2)
Входимость: 3.
11. Камера Обскура
Входимость: 3.
12. Картофельный эльф
Входимость: 3.
13. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 2.
14. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 2.
15. Звонок
Входимость: 2.
16. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 14)
Входимость: 2.
17. Лолита. (часть 2, главы 3-5)
Входимость: 2.
18. Дар. (страница 3)
Входимость: 2.
19. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 23)
Входимость: 2.
20. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 2.
21. Король, дама, валет. (глава 7)
Входимость: 2.
22. Скитальцы (1-е действие)
Входимость: 2.
23. Память, говори (глава 6)
Входимость: 2.
24. Лолита. (часть 1, главы 23-25)
Входимость: 2.
25. Лолита. (часть 2, глава 20-22)
Входимость: 2.
26. Лолита. (часть 2, главы 6-9)
Входимость: 2.
27. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 3)
Входимость: 2.
28. Пильграм
Входимость: 2.
29. Детство
Входимость: 2.
30. Дар. (страница 4)
Входимость: 2.
31. Пнин. (глава 2)
Входимость: 2.
32. Лолита. (часть 2, главы 17-19)
Входимость: 2.
33. Встреча
Входимость: 2.
34. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 4)
Входимость: 2.
35. Камера Обскура. (страница 6)
Входимость: 2.
36. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 31)
Входимость: 2.
37. Под знаком незаконнорожденных. страница 11
Входимость: 2.
38. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 2.
39. Камера Обскура. (страница 4)
Входимость: 2.
40. Король, дама, валет. (глава 6)
Входимость: 2.
41. Terra incognita
Входимость: 2.
42. Король, дама, валет. (глава 4)
Входимость: 1.
43. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 2)
Входимость: 1.
44. Лебеда
Входимость: 1.
45. Сестры Вэйн
Входимость: 1.
46. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 1)
Входимость: 1.
47. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 1.
48. Приглашение на казнь. (страница 6)
Входимость: 1.
49. Под знаком незаконнорожденных. страница 8
Входимость: 1.
50. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 10)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Память, говори (глава 9)
Входимость: 4. Размер: 38кб.
Часть текста: моего отца. Владимир Дмитриевич Набоков, юрист, публицист и государственный деятель, сын Дмитрия Николаевича Набокова, министра юстиции, и баронессы Марии фон Корф, родился 20 июля 1870-го года в Царском Селе близ Петербурга и пал от пули убийцы 28 марта 1922-го года в Берлине. До тринадцати лет он получал образование дома, от французских и английских гувернанток, а также русских и немецких учителей; от одного из них он перенял и затем передал мне passio et morbo aureliana. Осенью 1883-го года он начал посещать гимназию на тогдашней Гагаринской улице (предположительно переименованной в двадцатых годах недальновидными Советами). Стремление первенствовать было в нем огромно. Одной зимней ночью он, не справившись с заданной на дом задачей и предпочтя воспаление легких насмешкам у классной доски, выставил себя на полярный мороз в надежде, что его, сидящего в одной ночной рубашке у открытого окна (оно выходило на Дворцовую площадь с ее отглаженным луною столпом), свалит своевременная болезнь; наутро он был по-прежнему здоровехонек, зато незаслуженно слег учитель, которого он так боялся. Шестнадцати лет, в мае 1887-го, он завершил курс гимназии с золотой медалью и начал изучать юриспруденцию в Петербургском Университете, который закончил в 1891-ом году. Учебу он продолжил в Германии (преимущественно в Галле). Тридцать лет спустя один из его однокашников, с которым он совершал велосипедные прогулки по Черному лесу, прислал моей вдовой матери томик “Мадам Бовари”, бывший тогда с отцом, написавшим на форзаце “Непревзойденный шедевр французской литературы” – суждение, справедливое и поныне. 14 ноября (дата скрупулезно праздновавшаяся все последующие годы в нашей чуткой к годовщинам семье) 1897-го года он женился на Елене Ивановне...
2. Отрывки, наброски пьес.
Входимость: 4. Размер: 29кб.
Часть текста: и его белый китель кажутся особенно бледными. Ему лет двадцать пять, светлые волосы очень гладко прилизаны, профиль - острый, движенья не лишены какой-то молодцеватой небрежности. Виктор Иванович Ошивенский, хозяин кабачка, пухловатый, тяжеловатый, опрятного вида старик с седой бородой и в пенсне, прибивает к задней стене справа от окна большущий белый лист, на котором можно различить надпись "Цыганский хор". Изредка в полосе окна слева направо, справа налево проходят ноги. На желтоватом фоне вечера они выделяются с плоской четкостью, словно вырезанные из черного картона. Ошивенский некоторое время прибивает, затем судорожно роняет молоток. Ошивенский. Черт!.. Прямо по ногтю... Федор Федорович. Что же это вы так неосторожно, Виктор Иванович. Здорово, должно быть, больно? Ошивенский. Еще бы не больно... Ноготь, наверно, сойдет. Федор Федорович. Давайте, я прибью. А написано довольно красиво, правда? Нужно заметить, что я очень старался. Не буквы, а мечта. Ошивенский. В конце концов, эти цыгане только лишний расход. Публики не прибавится. Не сегодня завтра мой кабачишко... как вы думаете, может быть, в холодной воде подержать? Федор Федорович. Да, помогает. Ну вот, готово! На самом видном месте. Довольно эффектно. Ошивенский. Не сегодня завтра мой кабачишко лопнет. И опять изволь рыскать по этому проклятому Берлину, искать, придумывать что-то... А мне ...
3. Пнин. (глава 3)
Входимость: 4. Размер: 35кб.
Часть текста: лупившим мячом по ступенькам бурого облезлого крыльца; но даже и эта комната становилась в сознании Пнина (где еще отстукивал мяч) положительно щегольской, когда он сравнивал ее со старыми, ныне занесенными пылью жилищами его долгой средне-европейской поры, поры нансеновского паспорта. Впрочем, чем старее, тем разборчивей становился Пнин. Приятной обстановки ему уже было мало. Вайнделл - городок тихий, а Вайнделлвилль, лежащий в прогале холмов, - тишайший, но для Пнина ничто не было достаточно тихим. Существовала - в начале его тутошней жизни - одна "студия" в продуманно меблированном Общежитии холостых преподавателей, очень хорошее было место, если не считать некоторых издержек общительности ("Пинг-понг, Пнин?" - "Я больше не играю в детские игры"), пока не явились рабочие и не взялись дырявить мостовую, - улица Черепной Коробки, Пнинград, - и снова ее заделывать, и это тянулось чередованием тряских черных зигзагов и оглушительных пауз - неделями, и казалось невероятным, что они смогут ...
4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 4. Размер: 61кб.
Часть текста: видом патрульщика, ждущего, когда ему предъявят водительские права, как это “проф” умудряется сочетать свой отказ даровать будущему статус Времени с тем обстоятельством, что его, будущее, вряд ли можно считать несуществующим, “поскольку оно обладает по меньшей мере одним призраком, виноват, признаком, содержащим в себе столь важную идею, как идея абсолютной необходимости”. Гоните его в шею. Кто сказал, что я умру? Утверждение детерминиста можно опровергнуть и с несколько большим изяществом: бессознательное, вовсе не поджидающее нас где-то там впереди с секундомером и удавкой, облегает и Прошлое, и Настоящее со всех постижимых сторон, являясь характерной чертой не Времени как такового, но органического упадка, прирожденного всякой вещи независимо от того, наделена она сознанием Времени или нет. Да, я знаю, что другие умирают, но это не относится к делу. Я знаю еще, что вы и, вероятно, я тоже появились на свет, но это отнюдь не доказывает, будто мы с вами прошли через хрональную фазу, именуемую Прошлым: это мое Настоящее, малая пядь сознания твердит, будто так оно и было, а вовсе не глухая гроза бесконечного бессознания, приделанная к моему рождению, происшедшему пятьдесят два года и сто девяносто пять дней назад. Первое мое воспоминание восходит к середине июля 1870 года, т.е. к седьмому месяцу моей жизни (разумеется, у большинства людей способность к сознательной фиксации проявляется несколько позже, в возрасте трех-четырех лет), когда однажды утром на нашей ривьерской вилле в мою колыбель обрушился огромный кусок зеленого гипсового орнамента, отодранный от...
5. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 24)
Входимость: 3. Размер: 19кб.
Часть текста: (в британском и бразильском понимании) слоях общества, к которым принадлежали Дурмановы и Вины, в “неприличное слово”, а самому ему пришли на смену изощренные суррогаты, да и то лишь в тех необходимейших “обиходных приспособлениях” – телефонах, моторах – где еще? – ну, в общем, во множестве разных машинок, на которые простонародью остается только облизываться, пуская слюни и дыша учащеннее, чем охотничьи псы (ибо это довольно длинное предложение), – что, стало быть, по всем этим причинам даже такая ерунда, как магнитофоны, коими столь любили забавляться его и Адины предки (у князя Земского, державшего гарем из школьниц, стояло в нем по одному близ каждой кровати), нигде больше не производятся, разве только в Татарии, изготовляющей “миниречи” (говорящие минареты), устройство которых сохраняется в строжайшей тайне. Когда бы общественные приличия и общее право позволили нашим эрудированным влюбленным привести в рабочее состояние таинственный ларчик, однажды найденный ими на их волшебном чердаке, они смогли бы записывать (и слушать восемь десятилетий спустя) не только арии Джорджо Ванвителли, но и разговоры Вана Вина с его любимой. Ниже мы приводим...

© 2000- NIV