• Наши партнеры:
    витамины для зачатия для женщин название на сайте ovariamin.ru
  • Cлово "ОДИН"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
    Поиск  
    1. Соглядатай
    Входимость: 49.
    2. Дар. (страница 8)
    Входимость: 43.
    3. Незавершенный роман
    Входимость: 42.
    4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
    Входимость: 38.
    5. Дар. (страница 9)
    Входимость: 37.
    6. Дар. (страница 4)
    Входимость: 36.
    7. Дар. (страница 3)
    Входимость: 35.
    8. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
    Входимость: 34.
    9. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 5)
    Входимость: 33.
    10. Дар. (страница 6)
    Входимость: 32.
    11. Дар. (страница 2)
    Входимость: 32.
    12. Истребление тиранов
    Входимость: 32.
    13. Под знаком незаконнорожденных. страница 11
    Входимость: 32.
    14. Пнин. (глава 2)
    Входимость: 28.
    15. Бледное пламя. Комментарии (страница 2)
    Входимость: 28.
    16. Бледное пламя. Комментарии
    Входимость: 27.
    17. Память, говори (глава 6)
    Входимость: 26.
    18. Пнин. (глава 6)
    Входимость: 26.
    19. Дар. (страница 7)
    Входимость: 26.
    20. Бледное пламя. Комментарии (страница 8)
    Входимость: 26.
    21. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
    Входимость: 25.
    22. Подвиг. (страница 7)
    Входимость: 25.
    23. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
    Входимость: 25.
    24. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 8)
    Входимость: 25.
    25. Защита Лужина. (глава 14)
    Входимость: 25.
    26. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
    Входимость: 25.
    27. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 5)
    Входимость: 25.
    28. Камера Обскура
    Входимость: 25.
    29. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 5)
    Входимость: 24.
    30. Под знаком незаконнорожденных. страница 12
    Входимость: 24.
    31. Дар. (страница 5)
    Входимость: 24.
    32. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
    Входимость: 24.
    33. Память, говори (глава 3)
    Входимость: 23.
    34. Приглашение на казнь
    Входимость: 23.
    35. Отчаяние. (глава 5)
    Входимость: 22.
    36. Волшебник
    Входимость: 22.
    37. Событие. Пьеса в прозе. Действие 3
    Входимость: 22.
    38. Под знаком незаконнорожденных. страница 10
    Входимость: 22.
    39. Память, говори (глава 9)
    Входимость: 22.
    40. Дар
    Входимость: 22.
    41. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
    Входимость: 22.
    42. Лик
    Входимость: 22.
    43. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 39)
    Входимость: 21.
    44. Камера Обскура. (страница 7)
    Входимость: 21.
    45. Помощник режиссера
    Входимость: 20.
    46. Пнин. (глава 4)
    Входимость: 20.
    47. Пнин
    Входимость: 20.
    48. Лолита. (часть 2, главы 17-19)
    Входимость: 20.
    49. Под знаком незаконнорожденных. страница 5
    Входимость: 20.
    50. Приглашение на казнь. (страница 6)
    Входимость: 19.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Соглядатай
    Входимость: 49. Размер: 110кб.
    Часть текста: привычек. Я детей никогда не воспитывал, совершенно не знал, о чем с детьми говорить, как держаться. Их было двое, мальчишки. Я чувствовал в их присутствие унизительное стеснение. Они вели счет моим папиросам, и это их ровное любопытство так на меня действовало, что я странно, на отлете, держал папиросу, словно впервые курил, и все ронял пепел к себе на колени, и тогда их ясный взгляд внимательно переходил с моей дрожащей руки на бледно-серую, уже размазанную по ворсу пыльцу. Матильда бывала в гостях у их родителей и постоянно оставалась ужинать. Как-то раз шумел проливной дождь, ей дали зонтик, и она сказала: "Вот и отлично, большое спасибо, молодой человек меня проводит и принесет зонт обратно". С тех пор вошло в мои обязанности ее провожать. Она, пожалуй, нравилась мне, эта разбитная, полная, волоокая дама с большим ртом, который собирался в комок, когда она, пудрясь, смотрелась в зеркальце. У нее были тонкие лодыжки, легкая поступь, за которую многое ей прощалось. От нее исходило щедрое тепло, как только она появлялась, мне уже мнилось, что в комнате жарко натоплено, и, когда, отведя восвояси эту большую живую печь, я возвращался один среди чмоканья ртутного блеска безжалостной ночи, было мне холодно, холодно до омерзения. Потом приехал из Парижа ее муж и стал с ней бывать в гостях вместе, - муж как муж, я мало на него обратил внимание, только заметил его манеру коротко и гулко откашливаться в кулак, перед тем как заговорить, и тяжелую, черную, с блестящим набалдашником трость, которой он постукивал об пол, пока Матильда, восторженно захлебываясь, превращала прощание с хозяйкой в многословный монолог. Муж, спустя месяц, отбыл, и в первую же ночь, что я снова провожал Матильду, она предложила мне подняться к ней наверх, чтобы взять книжку, которую давно увещевала меня прочесть, - что-то по-французски о какой-то русской девице Ариадне (*1). Шел, как обычно, дождь, вокруг фонарей дрожали ореолы, правая моя рука утопала в жарком...
    2. Дар. (страница 8)
    Входимость: 43. Размер: 95кб.
    Часть текста: с Евдокией Растопчиной или Авдотьей Глинкой. Неправильный, небрежный лепет не трогал его. Оба они, и Чернышевский, и Добролюбов, с аппетитом терзали литературных кокеток, - но в жизни... одним словом, смотри, что с ними делали, как скручивали и мучили их, хохоча (так хохочут русалки на речках, протекающих невдалеке от скитов и прочих мест спасения) дочки доктора Васильева. Вкусы его были вполне добротны. Его эпатировал Гюго. Ему импонировал Суинберн (что совсем не странно, если вдуматься). В списке книг, прочитанных им в крепости, фамилия Флобера написана по-французски через "о", и действительно, он его ставил ниже Захер-Мазоха и Шпильгагена. Он любил Беранже, как его любили средние французы. "Помилуйте, - восклицает Стеклов, - вы говорите, что этот человек был не поэтичен? Да знаете ли вы, что он со слезами восторга декламировал Беранже и Рылеева!" Его вкусы только окаменели в Сибири, - и по странной деликатности исторической судьбы, Россия за двадцать лет его изгнания не произвела (до Чехова) ни одного настоящего писателя, начала которого он не видел воочию в деятельный период жизни. Из разговоров с ним в Астрахани выясняется: "да-с, графский-то титул и сделал из Толстого великого-писателя-земли-русской": когда же к нему приставали, кто же лучший современный беллетрист, то он называл...
    3. Незавершенный роман
    Входимость: 42. Размер: 114кб.
    Часть текста: страну (занятие, которое поначалу было для него только способом отвлечься от горя, но со временем переросло в самодовлеющую художественную манию), вдовец настолько вжился в Туле, что оно стало постепенно обретать самостоятельное существование. В первой главе Синеусов говорит между прочим, что перебирается с Ривьеры в Париж, на свою прежнюю квартиру; на самом же деле он переезжает в угрюмый дворец на дальнем северном острове. Искусство позволяет ему воскресить покойную жену в облике королевы Белинды - жалкое свершение, которое не приносит ему торжества над смертью даже в мире вольного вымысла. В третьей главе 'ей предстояло снова погибнуть от бомбы, предназначавшейся ее мужу, на Эгельском мосту, буквально через несколько минут после возвращения с Ривьеры. Вот, пожалуй, и все, что удается рассмотреть в пыли и мусоре моих давних вымыслов... Истинный читатель несомненно узнает искаженные отголоски моего последнего русского романа в книге "Под знаком незаконнорожденных" (1947) и особенно в "Бледном огне" (1962). Меня эти отзвуки слегка раздражают, но больше всего я сожалею о его незавершенности потому, что он, как кажется, должен был решительно отличаться от всех остальных моих русских вещей качеством расцветки, диапазоном стиля, чем-то не поддающимся определению в его мощном подводном течении..." (Цит. по: Набоков В. Рассказы. Приглашение на казнь. Эссе, интервью, рецензии.- М.: Книга, 1989-С. 501- 502). Глава 1. Ultima Thule Помнишь, мы как-то завтракали (принимали пищу) года за два до твоей смерти? Если, конечно, память может жить без головного убора. Кстатическая мысль: вообразим новейший письмовник. К безрукому: крепко жму вашу (многоточие). К покойнику: призрачно ваш. Но оставим эти виноватые виньетки. Если ты не помнишь, то я за тебя помню: память о тебе может сойти, хотя бы грамматически, за твою память, и ради крашеного слова вполне могу допустить, что если после твоей...
    4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
    Входимость: 38. Размер: 61кб.
    Часть текста: умру? Утверждение детерминиста можно опровергнуть и с несколько большим изяществом: бессознательное, вовсе не поджидающее нас где-то там впереди с секундомером и удавкой, облегает и Прошлое, и Настоящее со всех постижимых сторон, являясь характерной чертой не Времени как такового, но органического упадка, прирожденного всякой вещи независимо от того, наделена она сознанием Времени или нет. Да, я знаю, что другие умирают, но это не относится к делу. Я знаю еще, что вы и, вероятно, я тоже появились на свет, но это отнюдь не доказывает, будто мы с вами прошли через хрональную фазу, именуемую Прошлым: это мое Настоящее, малая пядь сознания твердит, будто так оно и было, а вовсе не глухая гроза бесконечного бессознания, приделанная к моему рождению, происшедшему пятьдесят два года и сто девяносто пять дней назад. Первое мое воспоминание восходит к середине июля 1870 года, т.е. к седьмому месяцу моей жизни (разумеется, у большинства людей способность к сознательной фиксации проявляется несколько позже, в возрасте трех-четырех лет), когда однажды утром на нашей ривьерской вилле в мою колыбель обрушился огромный кусок зеленого гипсового орнамента, отодранный от потолка землетрясением. Сто девяносто пять дней, предваривших это событие, не следует включать в перцептуальное время по причине их неотличимости от бесконечного бессознания, и стало быть, в том, что касается моего разума и моей гордости таковым, мне сегодня (в середине июля 1922...
    5. Дар. (страница 9)
    Входимость: 37. Размер: 72кб.
    Часть текста: автор, был сыном "добрейшего протоиерея" (но когда и где родился, не сказано), окончил семинарию, а когда его отец, прожив святую жизнь, вдохновившую даже Некрасова, умер, мать отправила молодого человека учиться в Петербург, где он сразу, чуть ли не на вокзале, сблизился с тогдашними "властителями дум", как их звали, Писаревым и Белинским. Юноша поступил в университет, занимался техническими изобретениями, много работал и имел первое романтическое приключение с Любовью Егоровной Лобачевской, заразившей его любовью к искусству. После одного столкновения на романтической почве с каким-то офицером в Павловске, он однако принужден вернуться в Саратов, где делает предложение своей будущей невесте, на которой вскоре и женится. Он возвращается в Москву, занимается философией, участвует в журналах, много пишет (роман "Что нам делать"), дружит с выдающимися писателями своего времени. Постепенно его затягивает революционная работа, и после одного бурного собрания, где он выступает совместно с Добролюбовым и известным профессором Павловым, тогда еще совсем молодым человеком, Чернышевский принужден уехать заграницу. Некоторое время он живет в Лондоне, сотрудничая с Герценом, но затем возвращается в Россию...

    © 2000- NIV