Cлово "JEUNE"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  
1. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Примечания)
Входимость: 1.
2. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 1.
3. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 1.
4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 1.
5. Дар. (страница 5)
Входимость: 1.
6. Лик
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Примечания)
Входимость: 1. Размер: 39кб.
Часть текста: великие тексты. С.5 Сђверныя Территорiи – сохранена старая русская орфография. С.5 гранобластически – т.е. в тессеральном (мусийном) смешении. С.5 Тофана – намек на “аква тофана” (см. в любом хорошем словаре). С.5 ветвисторогатый – с рогами в полном развитьи, т.е. с концевыми развилками. С.6 озеро Китеж – аллюзия на баснословный град Китеж, сияющий в русской сказке с озерного дна. С.6 господин Элиот – мы вновь повстречаем его на страницах 213 и 233 в обществе автора “Плотных людей” и “Строкагонии”. С.6 контрфогговый – Филеас Фогг, кругосветный путешественник у Жюля Верна, двигавшийся с запада на восток. С.6 “Ночные проказники” – их имена взяты (с искажениями) из детского франкоязычного комикса. С.7 доктор Лапинэ – по какой-то неясной, но определенно несимпатичной причине большая часть врачей носит в этой книге фамилии, связанные с зайцами. Французскому lapin в “Лапинэ” соответствует русский “Кролик” – любимый лепидоптерист Ады (С.7 и далее), а русский “заяц” звучит наподобие немецкого Seitz (немец-гинеколог на c.105); еще имеется латинский cuniculus в фамилии “Никулин” (внук выдающегося знатока грызунов Куникулинова, c.200) и греческий lagos в фамилии “Лягосс” (доктор, навещающий одряхлевшего Вана). Отметим также Кониглиетто – итальянского специалиста по раку крови, c.175. С.7 мизерный – франко-русская форма слова “мизерабль” в значении “отверженный”. С.7 c'est bien le cas de le dire – уж будьте уверены. С.7 lieu de naissance – место рождения. С.7 pour ainsi dire – так сказать. С.7 Джейн Остин – намек на быструю передачу повествовательных сведений, осуществляемую в “Мэнсфильд-Парке” с помощью диалога. С.7 Bear-Foot (медвежья лапа), а не bare foot (нагая нога) – детишки оба голые. С.7 стабианская цветочница – аллюзия на известную фреску из Стабии (так называемая “Весна”) в Национальном музее Неаполя: девушка,...
2. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 1. Размер: 56кб.
Часть текста: инициалы, HP (High Philosophy{3}), снабдили студентов аббревиатурой "Hi-Phi", и Шейд тонко спародировал ее в своих комбинациях - IPH, или If{4}. Он расположен, и весьма живописно, в юго-западном штате, который должен здесь остаться неназванным. Полагаю необходимым заявить также, что совершенно не одобряю легкомыслия, с которым поэт наш третирует, в этой Песни, определенные аспекты духовных чаяний, осуществить которые способна только религия (смотри примечание к строке 549). Строка 549: IPH презирал богов (и "Г") Вот где истинный Гвоздь вопроса! И понимания этого, сдается мне, не хватало не только Институту (смотри строку 517), но и самому поэту. Для христианина никакая потусторонняя жизнь не является ни приемлемой, ни вообразимой без участия Господа в нашей вечной судьбе, что, в свой черед, подразумевает заслуженное воздаяние за всякое прегрешение, большое и малое. В моем дневничке присутствует несколько извлечений из разговора между мной и поэтом, бывшего 23 июня "на моей веранде после партии в шахматы, ничья". Я переношу их сюда лишь для того, что они прекрасно высвечивают его отношение к этому предмету. Мне случилось упомянуть, - забыл, в какой связи, - о некоторых отличиях его Церкви от моей. Нужно сказать, что наша земблянская разновидность протестантства довольно близка к "верхним" англиканским церквям, но обладает и кой-какими свойственными только ей одной возвышенными странностями. Нашу Реформацию возглавил гениальный композитор, наша литургия пронизана роскошной музыкой, и нет в целом свете голосов слаще, чем у наших мальчиков-хористов. Сибил Шейд родилась в семье католиков, но уже в раннем девичестве, как...
3. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 1. Размер: 38кб.
Часть текста: 1 В холодной комнате, на руках у беллетриста, умирает Мнемозина. Я не раз замечал, что стоит мне подарить вымышленному герою живую мелочь из своего детства, и она уже начинает тускнеть и стираться в моей памяти. Благополучно перенесенные в рассказ целые дома рассыпаются в душе совершенно беззвучно, как при взрыве в немом кинематографе. Так вкрапленный в начало "Защиты Лужина" образ моей французской гувернантки погибает для меня в чужой среде, навязанной сочинителем. Вот попытка спасти что еще осталось от этого образа. Мне было шесть лет, брату пять, когда, в 1905 году, к нам приехала Mademoiselle. Показалась она мне огромной, и в самом деле она была очень толста. Вижу ее пышную прическу, с непризнанной сединой в темных волосах, три,- и только три, но какие! -морщины на суровом лбу, густые мужские брови над серыми - цвета ее же стальных часиков - глазами за стеклами пенсне в черной оправе; вижу ее толстые ноздри, зачаточные усы и ровную красноту большого лица, сгущающуюся, при наплыве гнева, до багровости в окрестностях третьего и обширнейшего ее подбородка, который так величественно располагается прямо на высоком скате ее многосборчатой блузы. Вот, готовясь читать нам, она придвигает к себе толчками, незаметно пробуя его прочность, верандовое кресло и приступает к акту усадки: ходит студень под нижнею челюстью, осмотрительно опускается чудовищный круп с тремя костяными пуговицами на боку, и напоследок она разом сдает всю свою колышимую массу камышовому сиденью, которое со страху разражается скрипом и треском. Зима, среди которой она приехала к нам, была единственной, проведенной нами в деревне, и все было ново и весело - и валенки, и снеговики, и гигантские синие сосульки, свисающие с крыши красного амбара, и запах мороза и смолы, и гул печек в комнатах ...
4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 1. Размер: 60кб.
Часть текста: выяснить, отчего у нее эдак скачут вес и температура, при том, что ест она до отвала и чувствует себя лучше некуда. Дядя Дан собирался вернуться с нею домой в пятницу вечером, ожидалось также, что он привезет из Калуги в Ардис поверенного, для встречи с которым сюда приезжал и Демон, гость чрезвычайно редкий. Дело, которое они хотели обсудить, состояло в продаже кое-какой “синюшной” (покрытой торфяными болотами) земли, – двоюродные братья владели ею совместно и оба желали сбыть ее с рук, хотя и по разным причинам. Как это обыкновенно случалось с наиболее кропотливо продуманными планами Дана, что-то не заладилось, поверенный оказался занят до позднего вечера, и перед самым прибытием Демона брат его прислал аэрограмму, в которой просил Марину “накормить Демона обедом”, не дожидаясь Дана и Миллера. Подобный “контретан” (как Марина юмористически обозначала неожиданность, не всегда неприятную) Вана очень обрадовал. В этот год он мало видался с отцом. Ван любил Демона с бездумной самозабвенностью, – в отрочестве он перед ним преклонялся, а ныне, в более терпимой, но и более сведущей юности, питал к нему нерушимое уважение. Несколько позже к любви и почтительности примешалась толика отвращения (такого же, как питаемое им к собственной аморальности), с другой же стороны, чем старше он становился, тем вернее понимал, что при любых вообразимых обстоятельствах он с гордостью и готовностью отдал бы за отца ...
5. Дар. (страница 5)
Входимость: 1. Размер: 67кб.
Часть текста: один и тот же звук за тонкой стеной, в аршине от его виска, выводил его из дремоты. Это был чистый, круглодонный звон стакана, ставимого обратно на стеклянную полочку; после чего, хозяйская дочка откашливалась. Потом был прерывистый треск вращающегося валика, потом - спуск воды, захлебывающейся, стонущей и вдруг пропадавшей, потом - загадочный внутренний вой ванного крана, превращавшийся наконец в шорох душа. Звякала задвижка, мимо двери удалялись шаги. К ним навстречу шли другие, темно-тяжелые, с пришлепом: это Марианна Николаевна спешила на кухню варить дочке кофе. Было слышно, как сначала газ не брал спички, шумно лопаясь; укрощенный, вспыхивал и ровно шипел. Первые шаги возвращались, уже на каблуках; на кухне начинался скорый, сердито взволнованный разговор. Как иные говорят с южным или московским акцентом, так мать и дочь неизменно говорили между собой с произношением ссоры. Голоса были схожи, оба смуглые и гладкие, но один был грубее и как бы теснее, другой - вольнее и чище. В рокоте материнского была просьба, даже виноватая просьба; в укорачивающихся ответах дочери звенела злость. Под эту невнятную утреннюю бурю ...

© 2000- NIV