Cлово "ГОД"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ГОДУ, ГОДА, ГОДЫ, ГОДАХ

1. Дар. (страница 8)
Входимость: 52. Размер: 95кб.
2. Память, говори (глава 3)
Входимость: 50. Размер: 47кб.
3. Дар. (страница 7)
Входимость: 41. Размер: 81кб.
4. Память, говори (глава 9)
Входимость: 40. Размер: 38кб.
5. Память, говори
Входимость: 31. Размер: 38кб.
6. Память, говори (глава 8)
Входимость: 28. Размер: 36кб.
7. Дар. (страница 3)
Входимость: 25. Размер: 72кб.
8. Память, говори (глава 13)
Входимость: 23. Размер: 43кб.
9. Другие берега. (глава 3)
Входимость: 22. Размер: 36кб.
10. Память, говори (глава 14)
Входимость: 22. Размер: 36кб.
11. Память, говори (глава 5)
Входимость: 22. Размер: 43кб.
12. Дар. (страница 4)
Входимость: 22. Размер: 68кб.
13. Память, говори (глава 6)
Входимость: 21. Размер: 40кб.
14. Пнин. (глава 5)
Входимость: 21. Размер: 42кб.
15. Другие берега. (глава 8)
Входимость: 21. Размер: 33кб.
16. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 19. Размер: 61кб.
17. Другие берега. (глава 13)
Входимость: 18. Размер: 25кб.
18. Примечания к стихам из разных сборников
Входимость: 18. Размер: 52кб.
19. Память, говори (глава 10)
Входимость: 17. Размер: 34кб.
20. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 17. Размер: 62кб.
21. Пнин
Входимость: 17. Размер: 37кб.
22. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 16. Размер: 66кб.
23. Дар
Входимость: 16. Размер: 65кб.
24. Пнин. (глава 3)
Входимость: 16. Размер: 35кб.
25. Пнин. (глава 6)
Входимость: 15. Размер: 61кб.
26. Другие берега
Входимость: 15. Размер: 26кб.
27. Другие берега. (глава 12)
Входимость: 15. Размер: 27кб.
28. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 15. Размер: 61кб.
29. Другие берега. (глава 11)
Входимость: 14. Размер: 33кб.
30. Пнин. (глава 4)
Входимость: 14. Размер: 45кб.
31. Лолита. (часть 1, главы 7-9)
Входимость: 13. Размер: 25кб.
32. Память, говори (глава 2)
Входимость: 13. Размер: 32кб.
33. Подлинная жизнь Себастьяна Найта
Входимость: 13. Размер: 17кб.
34. Дар. (страница 2)
Входимость: 12. Размер: 83кб.
35. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 5)
Входимость: 12. Размер: 39кб.
36. Другие берега. (глава 10)
Входимость: 12. Размер: 26кб.
37. Лолита. (часть 1, главы 3-6)
Входимость: 12. Размер: 31кб.
38. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 3)
Входимость: 12. Размер: 26кб.
39. Незавершенный роман
Входимость: 11. Размер: 114кб.
40. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 11. Размер: 23кб.
41. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 11. Размер: 61кб.
42. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 5)
Входимость: 11. Размер: 45кб.
43. Пнин. (глава 2)
Входимость: 11. Размер: 55кб.
44. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 8)
Входимость: 11. Размер: 49кб.
45. Дар. (страница 9)
Входимость: 11. Размер: 72кб.
46. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 11. Размер: 56кб.
47. Память, говори (глава 7)
Входимость: 11. Размер: 20кб.
48. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 11. Размер: 56кб.
49. Бледное пламя. Комментарии (страница 8)
Входимость: 11. Размер: 62кб.
50. Память, говори (глава 12)
Входимость: 11. Размер: 42кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Дар. (страница 8)
Входимость: 52. Размер: 95кб.
Часть текста: Вкусы его были вполне добротны. Его эпатировал Гюго. Ему импонировал Суинберн (что совсем не странно, если вдуматься). В списке книг, прочитанных им в крепости, фамилия Флобера написана по-французски через "о", и действительно, он его ставил ниже Захер-Мазоха и Шпильгагена. Он любил Беранже, как его любили средние французы. "Помилуйте, - восклицает Стеклов, - вы говорите, что этот человек был не поэтичен? Да знаете ли вы, что он со слезами восторга декламировал Беранже и Рылеева!" Его вкусы только окаменели в Сибири, - и по странной деликатности исторической судьбы, Россия за двадцать лет его изгнания не произвела (до Чехова) ни одного настоящего писателя, начала которого он не видел воочию в деятельный период жизни. Из разговоров с ним в Астрахани выясняется: "да-с, графский-то титул и сделал из Толстого великого-писателя-земли-русской": когда же к нему приставали, кто же лучший современный беллетрист, то он называл Максима Белинского. Юношей он записал в дневнике: "Политическая литература - высшая литература". Впоследствии пространно рассуждая о Белинском (Виссарионе, конечно), о котором распространяться, собственно, не полагалось, он ему следовал, говоря, что "Литература не может не быть служительницей того или иного направления идей", и что писатели "неспособные искренне одушевляться участием к тому, что совершается силою исторического движения вокруг нас... великого ничего не произведут ни в каком случае", ибо "история не знает произведений искусства, которые были бы созданы исключительно идеей прекрасного". Тому же Белинскому, полагавшему, что "Жорж Занд безусловно может входить в реестр имен европейских поэтов, тогда как помещение рядом имен Гоголя, Гомера и Шекспира оскорбляет и приличие и здравый смысл", и что "не только Сервантес, Вальтер Скотт, Купер, как художники по преимуществу, но и Свифт, Стерн, Вольтер, Руссо...
2. Память, говори (глава 3)
Входимость: 50. Размер: 47кб.
Часть текста: вздыбленным, смотрящим назад, надменно предъявляющим щит невезучего рыцаря, всего лишь одной шестнадцатой частью схожий с шахматной доской из чередующихся лазурных и красных квадратов, с крестом серебряным, трилистниковым, в каждом. Поверх щита можно видеть то, что осталось от рыцаря: грубый шлем и несъедобный латный воротник, а с ними одну бравую руку, торчащую, еще сжимая короткий меч, из орнамента лиственного, лазурного с красным. ”За храбрость”, гласит девиз. По словам двоюродного брата отца моего, Владимира Викторовича Голубцова, любителя русских древностей, у которого я наводил в 1930 году справки, основателем нашего рода был Набок Мурза (floreat 1380), обрусевший в Московии татарский князек. Собственный мой двоюродный брат, Сергей Сергеевич Набоков, ученый генеалог, сообщает мне, что в пятнадцатом столетии наши предки владели землей в Московском княжестве. Он ссылается на документ (опубликованный Юшковым в “Актах XIII-XIV столетий”, Москва, 1899), касающийся деревенской свары, разразившейся в 1494 году, при Иване III, между помещиком Кулякиным и его соседями, Филатом, Евдокимом и Власом, сыновьями Луки Набокова. В последующие столетия Набоковы служили по чиновной части и в армии. Мой прапрадед, генерал Александр Иванович Набоков (1749­1807), командовал в царствование Павла I полком Новгородского гарнизона, называвшимся в официальных бумагах “Набоковским полком”. Младший из его сыновей, мой прадед, Николай Александрович Набоков, молодым флотским офицером участвовал в 1817 году, вместе с будущими адмиралами бароном фон Врангелем и графом Литке в руководимой капитаном (впоследствии вице-адмиралом) Василием Михайловичем Головниным картографической экспедиции на Новую Землю (немного-немало), где именем этого моего предка была названа “река Набокова”. Память о главе экспедиции сохранилась в изрядном числе географических названий, одно из них – залив Головнина на полуострове Сьюард в западной Аляске,...
3. Дар. (страница 7)
Входимость: 41. Размер: 81кб.
Часть текста: животе о. Гавриил, и с ним, уже освещенный солнцем, весьма привлекательный мальчик розовый, неуклюжий, нежный. Подошли. Сними шляпу, Николя. Волосы с рыжинкой, веснушки на лобике, в глазах ангельская ясность, свойственная близоруким детям. Кипарисовы, Парадизовы, Златорунные не без удивления вспоминали потом (в тиши своих дальних и бедных приходов) его стыдливую красоту: херувим, увы, оказался наклееным на крепкий пряник; не всем пришедшийся по зубам. Поздоровавшись с нами, Николя вновь надевает шляпу - серенький пуховой цилиндр - и тихо отходит, очень миленький в своем домашне-сшитом сюртучке и нанковых брючках, - между тем как его отец, добрейший протоиерей, нечуждый садовничеству, занимает нас обсуждением саратовских вишень, слив, глив. Летучая знойная пыль застилает картину. Как неизменно отмечается в начале всех решительно писательских биографий, мальчик был пожирателем книг. Но отлично учился. "Государю твоему повинуйся, чти его и будь послушным законам", тщательно воспроизводил он первую пропись, и помятая подушечка указательного пальца так навсегда и осталась темною от чернил. Вот тридцатые годы кончились, пошли сороковые. В шестнадцать лет он довольно знал языки, чтобы читать Байрона, Сю и Ггте (до конца дней стесняясь варварского произношения); уже владел семинарской латынью, благо отец был человек образованный. Кроме того некто Соколовский занимался с ним по-польски, а местный торговец апельсинами преподавал ему персидский язык, - и соблазнял табачным курением. Поступив в саратовскую семинарию, он там показал себя скромным, и ни разу не подвергся поронции. Его прозвали "дворянчик", хотя он и не чуждался общих потех. Летом играл в козны, баловался купанием; никогда, однако, не научился ни плавать, ни лепить воробьев из глины, ни мастерить сетки для ловли малявок: ячейки получались неровные, нитки...
4. Память, говори (глава 9)
Входимость: 40. Размер: 38кб.
Часть текста: мною большой потертый альбом для вырезок, обтянутый черной тканью. Он содержит старые документы, включая дипломы, дневники, наброски, удостоверения личности, карандашные заметки и кое-какие печатные материалы, которые моя мать старательно сохраняла до самой своей смерти в Праге, и которые затем, между 1939-м и 1961-м годами пережили множество злоключений. Основываясь на этих документах и собственных моих воспоминаниях, я составил приводимую ниже краткую биографию моего отца. Владимир Дмитриевич Набоков, юрист, публицист и государственный деятель, сын Дмитрия Николаевича Набокова, министра юстиции, и баронессы Марии фон Корф, родился 20 июля 1870-го года в Царском Селе близ Петербурга и пал от пули убийцы 28 марта 1922-го года в Берлине. До тринадцати лет он получал образование дома, от французских и английских гувернанток, а также русских и немецких учителей; от одного из них он перенял и затем передал мне passio et morbo aureliana. Осенью 1883-го года он начал посещать гимназию на тогдашней Гагаринской улице (предположительно переименованной в двадцатых годах недальновидными Советами). Стремление первенствовать было в нем огромно. Одной зимней ночью он, не справившись с заданной на дом задачей и предпочтя воспаление легких насмешкам у классной доски, выставил себя на полярный мороз в надежде, что его, сидящего в одной ночной рубашке у открытого окна (оно выходило на Дворцовую площадь с ее отглаженным луною столпом), свалит своевременная болезнь; наутро он был по-прежнему здоровехонек, зато незаслуженно слег учитель, которого он так боялся. Шестнадцати лет, в мае 1887-го, он завершил курс гимназии с золотой медалью и начал изучать юриспруденцию в Петербургском...
5. Память, говори
Входимость: 31. Размер: 38кб.
Часть текста: Санкт-Петербурга до Сен-Назера и охватывающих тридцать семь лет, с августа 1903-го по май 1940-го, с лишь немногими вылазками в более позднее пространство-время. Очерк, с которого началась вся серия, соответствует тому, что стало теперь пятой главой. Я написал его по-французски, озаглавив “Mademoiselle O”, тридцать лет назад, в Париже, где Жан Полан опубликовал его во втором номере журнала “Мезюр”, 1936 год. Фотография (напечатанная недавно в книге Гизель Френд “Джеймс Джойс в Париже”) напоминает об этом событии, впрочем, я (один из членов группы “Мезюр”, расположившихся вокруг каменного садового столика) ошибочно обозначен в этой книге как Одиберти. В Америке, куда я перебрался 28 мая 1940-го года, “Mademoiselle O” была переведена покойной Хильдой Уорд на английский, пересмотрена мною и опубликована Эдвардом Уиксом в январском, 1943-го года, номере журнала “Атлантик Мансли” (ставшего также первым журналом, печатавшим мои, написанные в Америке, рассказы). Моя связь с “Нью-Йоркер” началась (при посредстве Эдмунда Уилсона) с напечатанного в апреле 1942-го года стихотворения, за которым последовали другие перемещенные стихи; однако первое прозаическое сочинение появилось здесь только 3 января 1948-го года, им был...

© 2000- NIV