Cлово "ОПИСАНИЕ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОПИСАНИИ, ОПИСАНИЯ, ОПИСАНИЯМИ, ОПИСАНИЙ

1. Дар. (страница 7)
Входимость: 6. Размер: 81кб.
2. Память, говори (глава 6)
Входимость: 4. Размер: 40кб.
3. Память, говори (глава 13)
Входимость: 3. Размер: 43кб.
4. Смотри на Арлекинов!
Входимость: 3. Размер: 31кб.
5. Память, говори (глава 10)
Входимость: 2. Размер: 34кб.
6. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 2. Размер: 61кб.
7. Уста к устам
Входимость: 2. Размер: 26кб.
8. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 2. Размер: 61кб.
9. Пнин. (глава 4)
Входимость: 2. Размер: 45кб.
10. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 2. Размер: 62кб.
11. Лолита. (часть 1, главы 3-6)
Входимость: 2. Размер: 31кб.
12. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 2. Размер: 66кб.
13. Память, говори (глава 5)
Входимость: 2. Размер: 43кб.
14. Бледное пламя. Комментарии (страница 8)
Входимость: 2. Размер: 62кб.
15. Приглашение на казнь. (страница 4)
Входимость: 2. Размер: 41кб.
16. Примечания к стихам из разных сборников
Входимость: 2. Размер: 52кб.
17. Дар. (страница 6)
Входимость: 1. Размер: 67кб.
18. Лолита. (часть 1, главы 7-9)
Входимость: 1. Размер: 25кб.
19. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 9)
Входимость: 1. Размер: 16кб.
20. Другие берега. (глава 13)
Входимость: 1. Размер: 25кб.
21. Волшебник
Входимость: 1. Размер: 83кб.
22. Дар. (страница 2)
Входимость: 1. Размер: 83кб.
23. Смотри на Арлекинов! (страница 2)
Входимость: 1. Размер: 32кб.
24. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 27)
Входимость: 1. Размер: 17кб.
25. Память, говори
Входимость: 1. Размер: 38кб.
26. Пнин. (глава 6)
Входимость: 1. Размер: 61кб.
27. Другие берега. (глава 10)
Входимость: 1. Размер: 26кб.
28. Путеводитель по Берлину
Входимость: 1. Размер: 11кб.
29. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Примечания)
Входимость: 1. Размер: 39кб.
30. Дар. (страница 9)
Входимость: 1. Размер: 72кб.
31. Рождественский рассказ
Входимость: 1. Размер: 12кб.
32. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 1. Размер: 56кб.
33. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 7)
Входимость: 1. Размер: 27кб.
34. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 7)
Входимость: 1. Размер: 6кб.
35. Приглашение на казнь. (страница 5)
Входимость: 1. Размер: 43кб.
36. Сестры Вэйн
Входимость: 1. Размер: 33кб.
37. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 26)
Входимость: 1. Размер: 5кб.
38. Лолита. (часть 2, главы 23-25)
Входимость: 1. Размер: 25кб.
39. Дар. (страница 3)
Входимость: 1. Размер: 72кб.
40. Дар
Входимость: 1. Размер: 65кб.
41. Событие. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 1. Размер: 43кб.
42. Подлинная жизнь Себастьяна Найта
Входимость: 1. Размер: 17кб.
43. Лолита. (часть 1, главы 23-25)
Входимость: 1. Размер: 29кб.
44. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 1. Размер: 56кб.
45. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 1. Размер: 60кб.
46. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 9)
Входимость: 1. Размер: 17кб.
47. Другие берега. (глава 12)
Входимость: 1. Размер: 27кб.
48. Лолита. (часть 2, главы 1-2)
Входимость: 1. Размер: 54кб.
49. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 17)
Входимость: 1. Размер: 13кб.
50. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 6)
Входимость: 1. Размер: 16кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Дар. (страница 7)
Входимость: 6. Размер: 81кб.
Часть текста: яркостью восставших из мертвых, к нам навстречу выходят: с длинной тростию, в шелковой рясе гранатного колера, с вышитым поясом на большом животе о. Гавриил, и с ним, уже освещенный солнцем, весьма привлекательный мальчик розовый, неуклюжий, нежный. Подошли. Сними шляпу, Николя. Волосы с рыжинкой, веснушки на лобике, в глазах ангельская ясность, свойственная близоруким детям. Кипарисовы, Парадизовы, Златорунные не без удивления вспоминали потом (в тиши своих дальних и бедных приходов) его стыдливую красоту: херувим, увы, оказался наклееным на крепкий пряник; не всем пришедшийся по зубам. Поздоровавшись с нами, Николя вновь надевает шляпу - серенький пуховой цилиндр - и тихо отходит, очень миленький в своем домашне-сшитом сюртучке и нанковых брючках, - между тем как его отец, добрейший протоиерей, нечуждый садовничеству, занимает нас обсуждением саратовских вишень, слив, глив. Летучая знойная пыль застилает картину. Как неизменно отмечается в начале всех решительно писательских биографий, мальчик был пожирателем книг. Но отлично учился. "Государю твоему повинуйся, чти его и будь послушным законам", тщательно воспроизводил он первую пропись, и помятая подушечка указательного пальца так навсегда и осталась темною от чернил. Вот тридцатые годы кончились, пошли сороковые. В шестнадцать лет он довольно знал языки, чтобы читать Байрона, Сю и Ггте (до конца дней стесняясь варварского...
2. Память, говори (глава 6)
Входимость: 4. Размер: 40кб.
Часть текста: проснешься, бывало, и сразу смотришь: какова щель между ставнями? Ежели водянисто-бледна, не стоит и растворять ставни, хоть избавишься от зрелища – насупленный день позирует для своего портрета в луже. С какой досадой выводишь из линии тусклого света свинцовое небо, промокший песок, овсяную кашицу бурых опавших соцветий под кустами сирени и этот рыжеватый листок (первая утрата лета), плоско прилипший к мокрой садовой скамейке! Но если ставни щурились от ослепительно-росистого сверканья, я тотчас принуждал окно отдать свое сокровище: одним махом комната раскалывалась на свет и тень. Пропитанная солнцем березовая листва поражала взгляд прозрачностью, которая бывает у светло-зеленого винограда; еловая же хвоя бархатно выделялась на синеве, и эта синева была такой насыщенности, какую мне довелось опять отыскать только много лет спустя в горноборовой зоне Колорадо. С семилетнего возраста все, что я чувствовал, завидя прямоугольник обрамленного солнечного света, подчинялось одной-единственной страсти. Первая моя мысль при блеске утра в окне была о бабочках, которых припасло для меня это утро. Началось все с довольно пустякового случая. На жимолости, нависшей поверх гнутого прислона скамьи, что стояла против парадного крыльца, мой ангел-наставник (чьи крылья, хоть и лишенные флорентийского ободка, очень походят на крылья Гавриила у Фра Анджелико) указал мне редкого гостя, великолепное, бледно-желтое животное в черных и синих ступенчатых пятнах, с киноварным глазком над каждой из парных черно-палевых шпор. Свешиваясь с наклоненного цветка и упиваясь им, оно слегка изгибало словно припудренное тельце и все время судорожно хлопало своими громадными крыльями. Я стонал от желания, острее которого ничего с тех пор не испытывал. Проворный Устин, который был швейцаром у нас в...
3. Память, говори (глава 13)
Входимость: 3. Размер: 43кб.
Часть текста: говори (глава 13) Глава тринадцатая 1 В 1919-ом году целая стайка Набоковых – три семьи, в сущности говоря, – через Крым и Грецию бежала из России в западную Европу. Мы с братом должны были поступить в Кембриджский университет, на стипендию, предоставленную нам скорее во искупление наших политических бед, чем в виде признания интеллектуальных достоинств. Предполагалось, что вся остальная семья пока поселится в Лондоне. Житейские расходы должны были оплачиваться горсткой драгоценностей, которые Наташа, дальновидная старая горничная, перед самым отъездом матери из Петербурга в 1917-ом году, смела с туалетного столика в nйcessaire, и которые какое-то время были погребены или, возможно, претерпели процесс некоего таинственного созревания в крымском саду. Мы покинули наш северный дом ради краткой, как мы полагали, передышки, благоразумной отсидки на южной окраине России; однако бешеное неистовство нового режима стихать никак не желало. Два проведенных в Греции весенних месяца я посвятил, снося неизменное негодование пастушьих псов, поискам оранжевой белянки Грюнера, желтянки Гельдриха, белянки Крюпера: поискам напрасным, ибо я попал не в ту часть страны. На палубе кьюнардовского лайнера “Паннония”, 18 мая 1919 года отплывшего от берегов Греции, направляясь (на двадцать один год раньше, чем требовалось, – что касается меня) в Нью-Йорк, но нас высадившего в Марселе, я учился плясать фокстрот. Франция прогремела мимо в угольно черной ночи. Бледный “канал” еще качался внутри нас, когда поезд Дувр-Лондон тихо затормозил и встал. Картинки с изображением серой груши, там и сям висевшие на угрюмых стенах вокзала “Виктория”, рекламировали мыло для ванн, которым меня в детстве намыливала английская гувернантка. Уже через неделю я лощил пол на благотворительном балу, щека к щеке с моей первой английской душечкой, ветренной, гибкой девушкой, старшей ...
4. Смотри на Арлекинов!
Входимость: 3. Размер: 31кб.
Часть текста: малейшую возможность успеха. И вот из этих-то промахов он ненароком сплетает паутину, в которой ряд моих ответных оплошностей запутывает меня, заставляя исполнить назначенное, что и являлось единственным смыслом заговора. В один из дней пасхального триместра моего последнего кембриджского года (1922-го) мне довелось "как русскому" просвещать относительно некоторых тонкостей костюма Ивора Блэка, неплохого актера-любителя, под руководством которого театральная артель "Светлячок" намеревалась поставить гоголевского "Ревизора" в английском переводе. В Тринити у нас с ним был общий наставник, и Блэк умучил меня нудными имитациями жеманных ужимок старика, - представление это заняло большую часть нашего ленча в "Питте". Недолгая деловая часть оказалась еще менее приятной. Ивор Блэк предполагал облачить Городничего в халат, потому что "все это просто приснилось старому прохиндею, верно? - ведь и название "Ревизор" происходит от французского 'reve' то есть 'сон'". Я сказал, что по-моему - идея самая жуткая. Если какие-то репетиции и происходили, то без меня. Мне, собственно, только теперь и пришло в голову, что я даже не знаю, довелось ли этой затее увидеть свет рампы. Вскоре после того я повстречался с Ивором Блэком на какой-то вечеринке, и он пригласил меня и со мной еще пятерых провести лето на Лазурном Берегу, - на вилле, которую он, по его словам, только что унаследовал от старенькой тети. В ту минуту он был здорово пьян и, похоже, весьма удивился, когда через неделю или несколько позже, перед самым его отъездом, я напомнил ему об этом щедром предложении, которое, как выяснилось, один только я и принял. Мы оба сироты, сказал я, никто нас не любит, так...
5. Память, говори (глава 10)
Входимость: 2. Размер: 34кб.
Часть текста: изорвался; сам же фронтиспис, на котором, верно, изображался несчастный брат Луизы Пойндекстер (и возможно, два-три койота, если только сюда не припутывается “Смертельный Выстрел”, еще один роман Майн-Рида), так долго озарялся жарким светом моего воображения, что выгорел совершенно (однако чудесным образом заменился настоящим ландшафтом, как я отметил, переводя эту главу на русский язык в 1953-ем году, а именно, видом в окне ранчи, которую мы с тобой снимали в тот год: пустыня с кактусами и юккой, утренним жалобным криком куропаточки – по-моему, Гамбелевой, – преисполняющими меня чувством каких-то небывалых свершений и наград). Теперь нам предстоит встреча с моим двоюродным братом Юриком, худеньким, смуглолицым мальчиком с круглой коротко остриженной головой и лучезарными серыми глазами. Сын разведшихся родителей, за которым не приглядывал никакой гувернер, городской мальчик без сельского поместья, он во многих отношениях отличался от меня. Зимы он проводил в Варшаве, где его отец, барон Евгений Рауш фон Траубенберг, был генерал-губернатором, а летом приезжал гостить в Батово или Выру, если только его мать, моя эксцентричная тетя Нина, не увозила его за...

© 2000- NIV