Cлово "ОТНОШЕНИЕ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОТНОШЕНИИ, ОТНОШЕНИЯ, ОТНОШЕНИЯХ, ОТНОШЕНИЮ

1. Дар. (страница 7)
Входимость: 16. Размер: 81кб.
2. Дар. (страница 9)
Входимость: 9. Размер: 72кб.
3. Лолита. (часть 1, главы 18-20)
Входимость: 9. Размер: 38кб.
4. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 8. Размер: 62кб.
5. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 7. Размер: 66кб.
6. Дар. (страница 5)
Входимость: 5. Размер: 67кб.
7. Дар. (страница 8)
Входимость: 5. Размер: 95кб.
8. Память, говори (глава 13)
Входимость: 5. Размер: 43кб.
9. Незавершенный роман
Входимость: 4. Размер: 114кб.
10. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 5)
Входимость: 4. Размер: 39кб.
11. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 21)
Входимость: 4. Размер: 17кб.
12. Другие берега
Входимость: 4. Размер: 26кб.
13. Лолита. (часть 2, главы 6-9)
Входимость: 4. Размер: 29кб.
14. Другие берега. (глава 12)
Входимость: 4. Размер: 27кб.
15. Другие берега. (глава 6)
Входимость: 4. Размер: 29кб.
16. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 3. Размер: 61кб.
17. Память, говори (глава 6)
Входимость: 3. Размер: 40кб.
18. Дар. (страница 2)
Входимость: 3. Размер: 83кб.
19. Защита Лужина. (глава 8)
Входимость: 3. Размер: 39кб.
20. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 12)
Входимость: 3. Размер: 17кб.
21. Король, дама, валет. (глава 9)
Входимость: 3. Размер: 29кб.
22. Дар
Входимость: 3. Размер: 65кб.
23. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 3. Размер: 38кб.
24. Память, говори (глава 14)
Входимость: 3. Размер: 36кб.
25. Дар. (страница 4)
Входимость: 3. Размер: 68кб.
26. Приглашение на казнь. (страница 4)
Входимость: 3. Размер: 41кб.
27. Приглашение на казнь. (страница 7)
Входимость: 3. Размер: 38кб.
28. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 3. Размер: 61кб.
29. Весна в Фиальте
Входимость: 3. Размер: 41кб.
30. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 2. Размер: 23кб.
31. Лолита. (часть 2, главы 3-5)
Входимость: 2. Размер: 35кб.
32. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 18)
Входимость: 2. Размер: 16кб.
33. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 10)
Входимость: 2. Размер: 18кб.
34. Другие берега. (глава 13)
Входимость: 2. Размер: 25кб.
35. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 2. Размер: 61кб.
36. Память, говори (глава 3)
Входимость: 2. Размер: 47кб.
37. Лолита. (часть 2, глава 20-22)
Входимость: 2. Размер: 45кб.
38. Лолита. (часть 2, главы 26-28)
Входимость: 2. Размер: 28кб.
39. Память, говори
Входимость: 2. Размер: 38кб.
40. Пнин. (глава 2)
Входимость: 2. Размер: 55кб.
41. Под знаком незаконнорожденных. страница 12
Входимость: 2. Размер: 42кб.
42. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 2. Размер: 37кб.
43. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 42)
Входимость: 2. Размер: 42кб.
44. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе
Входимость: 2. Размер: 45кб.
45. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 2. Размер: 56кб.
46. Лолита. (часть 2, главы 29-30)
Входимость: 2. Размер: 32кб.
47. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 35)
Входимость: 2. Размер: 13кб.
48. Память, говори (глава 9)
Входимость: 2. Размер: 38кб.
49. Защита Лужина. (глава 9)
Входимость: 2. Размер: 16кб.
50. Другие берега. (глава 3)
Входимость: 2. Размер: 36кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Дар. (страница 7)
Входимость: 16. Размер: 81кб.
Часть текста: розовый, неуклюжий, нежный. Подошли. Сними шляпу, Николя. Волосы с рыжинкой, веснушки на лобике, в глазах ангельская ясность, свойственная близоруким детям. Кипарисовы, Парадизовы, Златорунные не без удивления вспоминали потом (в тиши своих дальних и бедных приходов) его стыдливую красоту: херувим, увы, оказался наклееным на крепкий пряник; не всем пришедшийся по зубам. Поздоровавшись с нами, Николя вновь надевает шляпу - серенький пуховой цилиндр - и тихо отходит, очень миленький в своем домашне-сшитом сюртучке и нанковых брючках, - между тем как его отец, добрейший протоиерей, нечуждый садовничеству, занимает нас обсуждением саратовских вишень, слив, глив. Летучая знойная пыль застилает картину. Как неизменно отмечается в начале всех решительно писательских биографий, мальчик был пожирателем книг. Но отлично учился. "Государю твоему повинуйся, чти его и будь послушным законам", тщательно воспроизводил он первую пропись, и помятая подушечка указательного пальца так навсегда и осталась темною от чернил. Вот тридцатые годы кончились, пошли сороковые. В шестнадцать лет он довольно знал языки, чтобы читать Байрона, Сю и Ггте (до конца дней стесняясь варварского произношения); уже владел семинарской латынью, благо отец был человек образованный. Кроме того некто Соколовский занимался с ним по-польски, а местный торговец апельсинами преподавал ему персидский язык, - и ...
2. Дар. (страница 9)
Входимость: 9. Размер: 72кб.
Часть текста: к искусству. После одного столкновения на романтической почве с каким-то офицером в Павловске, он однако принужден вернуться в Саратов, где делает предложение своей будущей невесте, на которой вскоре и женится. Он возвращается в Москву, занимается философией, участвует в журналах, много пишет (роман "Что нам делать"), дружит с выдающимися писателями своего времени. Постепенно его затягивает революционная работа, и после одного бурного собрания, где он выступает совместно с Добролюбовым и известным профессором Павловым, тогда еще совсем молодым человеком, Чернышевский принужден уехать заграницу. Некоторое время он живет в Лондоне, сотрудничая с Герценом, но затем возвращается в Россию и сразу арестован. Обвиненный в подготовке покушения на Александра Второго Чернышевский приговорен к смерти и публично казнен. Вот вкратце история жизни Чернышевского, и всг обстояло бы отлично, если б автор не нашел нужным снабдить свой рассказ о ней множеством ненужных подробностей, затемняющих смысл, и всякими длинными отступлениями на самые разнообразные темы. А хуже всего то, что, описав сцену повешения, и покончив со своим героем, он этим не удовлетворяется и на протяжении еще многих неудобочитаемых страниц рассуждает о том, что было бы, если бы - что, если бы Чернышевский, например, был не казнен, а сослан в Сибирь, как Достоевский. Автор пишет на языке, имеющем мало общего с русским. Он любит выдумывать слова. Он любит длинные запутанные фразы, как например: "Их сортирует (?) судьба в предвидении нужд (!!) биографа" или вкладывает в уста...
3. Лолита. (часть 1, главы 18-20)
Входимость: 9. Размер: 38кб.
Часть текста: заложенной в молитвенник. Дочка невесты, пожалуй, внесла бы в церемонию бракосочетания Г. и Г. живой малиновый блик; но я чувствовал, как рискованно было бы с моей стороны оказать припертой к стенке Лолите слишком много ласки, и посему я согласился, что не стоит отрывать девочку от ее любимого "Ку". Моя так называемая "страстная и одинокая" Шарлотта была в повседневной жизни практичной и общительной. Сверх того, я установил, что хотя она не могла сдержать ни порывов сердца в повседневной жизни, ни криков на ложе любви, она была женщина с принципами. Как только она стала более или менее моей любовницей (невзирая на возбудительные средства, ее "нервный, нетерпеливый cheri" - героический cheri, по правде сказать - не избежал некоторых первоначальных затруднений, за которые, впрочем, он вполне ее вознаградил прихотливейшим ассортиментом старосветских нежностей), милы Шарлотта учинила мне допросец насчет моих отношений с Господом Богом. Я мог бы ответить, что в этом смысле я был свободен ото всяких предубеждений; вместо этого я сказал - отдавая дань благостному общему месту - что верю в одухотворенность космоса. Разглядывая ногти, она спросила еще, нет ли у меня в роду некоей посторонней примеси. Я ответил встречным вопросом - захотела ли бы она все-таки за меня выйти, если бы дед матери моего отца оказался, скажем, арабом. Она сказала, что это не имело бы никакого значения; но что если бы ей когда-нибудь стало известно, что я не верю в нашего христианского Бога, она бы покончила с собой. Она объявила это столь торжественно, что у меня прошел мороз по ...
4. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 8. Размер: 62кб.
Часть текста: а правильнее сказать - овин, в котором в октябре 1956-го года (за несколько месяцев до смерти Гэзель Шейд) происходили "некие явления", принадлежал Паулю Гентцнеру, чудаковатому фермеру немецкой породы со старомодными увлечениями вроде таксодермии и сбора трав. Странная выходка атавизма воскресила в нем (согласно Шейду, любившему про него рассказывать, - замечу кстати, что только в эти разы и становился мой милый старый друг несколько нудноват!) "любознательного немца" из тех, что три столетия назад становились отцами первых великих натуралистов. Человек он был по ученым меркам неграмотный, совершенно ничего не смысливший в вещах, удаленных от него в пространстве и времени, но что-то имелось в нем красочное и исконное, утешавшее Джона Шейда гораздо полнее провинциальных утонченностей английского отделения. Он, выказывавший столько разборчивой осмотрительности при выборе попутчиков для своих прогулок, любил через вечер на другой бродить с важным и жилистым немцем по лесным тропинкам Далвича и вкруг полей этого своего знакомца. Будучи охотником до точного слова, он ценил Гентцнера за то, что тот знал "как что называется", - хоть некоторые из предлагаемых тем названий несомненно были местными уродцами или германизмами, а то и чистой воды выдумками старого прохвоста. Теперь у него был иной спутник. Ясно помню чудный вечер, когда с языка моего блестящего друга так и сыпались макаронизмы, остроты и анекдоты, которые я браво парировал рассказами о Зембле, повестью о бегстве на волосок от гибели! На опушке Далвичского леса он перебил меня, чтобы показать естественную пещеру в поросшем диким мохом утесе, сбоку тропинки, под цветущим кизилом. В этом месте достойный фермер неизменно останавливался, а однажды, когда они гуляли вместе с его сынишкой, последний, семеня с...
5. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 7. Размер: 66кб.
Часть текста: про эти чертовы ночные грузовики по вторникам". Мы уже добрались до гольдсвортовой части проулка и до мощеной плиточной дорожки, что ползла вдоль бокового газона к гравийному подъездному пути, поднимавшемуся от Далвичского тракта к парадной двери Гольдсвортов, как вдруг Шейд заметил: "А у вас гость". На крыльце боком к нам стоял приземистый, плотный, темно-волосатый мужчина в коричневом костюме, придерживая за глупую хватку мятый и тертый портфель и еще указуя скрюченным пальцем на только что отпущенную кнопку звонка. - Убью, - пробормотал я. Недавно какая-то девица в чепце всучила мне кипу религиозных брошюр, пообещав, что ее брат, которого я невесть почему вообразил себе хрупким и нервным юношей, заглянет, чтобы обсудить со мной Промысел Божий и разъяснить все, чего я не пойму из брошюр. Ничего себе, юноша! - Ну я же его убью, - шепотом повторил я, так несносна была мне мысль, что упоенье поэмой может отсрочиться. В бешенстве, поспешая избыть докучного гостя, я обогнул Шейда, шагавшего до того впереди меня, и возглавил шествие к двойному наслаждению столом и стилем. Видел ли я когда-либо Градуса? Дайте подумать. Видел? Память мотает головой. И все же убийца уверял меня после, что однажды я, озирая из башни дворцовый сад, помахал ему, когда он с одним из бывших моих пажей, юношей, чьи волосы походили на мягкую стружку, тащил из теплицы к телеге стекленную раму; да и теперь, едва визитер поворотился к нам и оцепенил нас близко сидящими глазами печальной змеи, я ощутил такой трепет узнавания, что, спи я в ту минуту, - непременно бы пробудился со стоном. Первая пуля отхватила пуговицу с рукава моего черного блайзера, вторая пропела над ухом. Уверения, что целил он не в меня (только что виденного в библиотеке, - будем последовательны, господа, как-никак мы живем в рациональном мире), не в меня, а в седого взлохмаченного господина...

© 2000- NIV