Cлово "НЕЗНАКОМЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: НЕЗНАКОМОЙ, НЕЗНАКОМЫМ, НЕЗНАКОМОГО, НЕЗНАКОМЫ

1. Дар. (страница 10)
Входимость: 4. Размер: 65кб.
2. Картофельный эльф
Входимость: 3. Размер: 43кб.
3. Приглашение на казнь. (страница 6)
Входимость: 2. Размер: 45кб.
4. Уста к устам
Входимость: 2. Размер: 26кб.
5. Король, дама, валет
Входимость: 2. Размер: 27кб.
6. Защита Лужина. (глава 8)
Входимость: 2. Размер: 39кб.
7. Другие берега. (глава 10)
Входимость: 2. Размер: 26кб.
8. Король, дама, валет. (глава 5)
Входимость: 2. Размер: 31кб.
9. Дар. (страница 3)
Входимость: 2. Размер: 72кб.
10. Весна в Фиальте
Входимость: 2. Размер: 41кб.
11. Незавершенный роман
Входимость: 1. Размер: 114кб.
12. Звонок
Входимость: 1. Размер: 22кб.
13. Другие берега. (глава 11)
Входимость: 1. Размер: 33кб.
14. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 14)
Входимость: 1. Размер: 17кб.
15. * * * ("Как объясню? Есть в памяти лучи")
Входимость: 1. Размер: 2кб.
16. Подлец
Входимость: 1. Размер: 51кб.
17. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 1. Размер: 61кб.
18. Память, говори (глава 10)
Входимость: 1. Размер: 34кб.
19. Под знаком незаконнорожденных. страница 9
Входимость: 1. Размер: 25кб.
20. Скитальцы (1-е действие)
Входимость: 1. Размер: 29кб.
21. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 19)
Входимость: 1. Размер: 15кб.
22. Хват
Входимость: 1. Размер: 20кб.
23. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 41)
Входимость: 1. Размер: 20кб.
24. Защита Лужина. (глава 11)
Входимость: 1. Размер: 23кб.
25. Память, говори
Входимость: 1. Размер: 38кб.
26. Машенька. (страница 3)
Входимость: 1. Размер: 42кб.
27. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 5)
Входимость: 1. Размер: 45кб.
28. Пнин. (глава 2)
Входимость: 1. Размер: 55кб.
29. Истребление тиранов
Входимость: 1. Размер: 49кб.
30. Приглашение на казнь. (страница 3)
Входимость: 1. Размер: 39кб.
31. Отчаяние. (глава 2)
Входимость: 1. Размер: 33кб.
32. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 42)
Входимость: 1. Размер: 42кб.
33. Дар. (страница 9)
Входимость: 1. Размер: 72кб.
34. Приглашение на казнь. (страница 2)
Входимость: 1. Размер: 45кб.
35. * * * ("Все, от чего оно сжимается")
Входимость: 1. Размер: 1кб.
36. Король, дама, валет. (глава 9)
Входимость: 1. Размер: 29кб.
37. Другие берега. (глава 14)
Входимость: 1. Размер: 22кб.
38. Лолита. (часть 2, главы 29-30)
Входимость: 1. Размер: 32кб.
39. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 1. Размер: 62кб.
40. Сказка
Входимость: 1. Размер: 25кб.
41. Странствия
Входимость: 1. Размер: 2кб.
42. Музыка
Входимость: 1. Размер: 12кб.
43. Подвиг. (страница 2)
Входимость: 1. Размер: 34кб.
44. Облако, озеро, башня
Входимость: 1. Размер: 17кб.
45. Соглядатай
Входимость: 1. Размер: 110кб.
46. Лолита. (часть 1, главы 28-29)
Входимость: 1. Размер: 26кб.
47. Защита Лужина. (глава 3)
Входимость: 1. Размер: 22кб.
48. Камера Обскура
Входимость: 1. Размер: 62кб.
49. Король, дама, валет. (глава 2)
Входимость: 1. Размер: 35кб.
50. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 1. Размер: 39кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Дар. (страница 10)
Входимость: 4. Размер: 65кб.
Часть текста: молодых (этот ничком, тот на боку) и старый господин в жилете, с резинками на рукавах рубашки, плотно сидящий на траве, неподвижный, вечный, с грустными, но терпеливыми глазами; и казалось эти три ударяющих в одну точку взгляда наконец, с помощью солнца, прожгут дырку в черном купальном трико бедной немецкой девочки, не поднимающей маслом смазанных век. Он спускался на песчаный бережок озера и тут, в грохоте голосов, ткань очарования, которую он сам так тщательно свил, совсем разрывалась, и он с отвращением видел измятые, выкрученные, искривленные нордостом жизни, голые и полураздетые - вторые были страшнее - тела купальщиков (мелких мещан, праздных рабочих), шевелившихся в грязно-сером песке. Там, где береговая дорога шла вдоль этой узкой, темной губы озера, последняя была от дороги отделена кольями с замученной, провалившейся проволокой, и береговыми завсегдатаями особенно ценилось место около этих кольев - то ли потому, что на них удобно вешались штаны на своих подтяжках (а белье клалось на пыльную крапиву), то ли из-за смутно охранного ощущения ограды за спиной. Там же, где дорога поднималась выше, к озеру спускались грубо-песчаные скаты в заплатах стоптанной травы, и в различных по положению солнца наплывах пегой тени от буков и сосен, несдержанно сошедших вниз. Серые, в наростах и вздутых жилах, старческие ноги, какая-нибудь плоская ступня и янтарная, туземная мозоль, розовое, как свинья, пузо, мокрые, бледные от воды, хрипло-голосые подростки, глобусы грудей и тяжелые гузна, рыхлые, в голубых подтеках, ляжки, гусиная кожа, прыщавые лопатки кривоногих дев, крепкие шеи и ягодицы мускулистых хулиганов, безнадежная, безбожная тупость довольных лиц, возня, гогот, плеск - всг это сливалось в апофеоз того славного немецкого добродушия, которое с такой естественной легкостью может в любую минуту обернуться бешеным улюлюканием. И над всем этим, особенно по воскресеньям, когда теснота была всего гаже, господствовал незабываемый запах, запах пыли, пота, тины,...
2. Картофельный эльф
Входимость: 3. Размер: 43кб.
Часть текста: Фредерик Добсон. Приятелю своему, фокуснику, он рассказывал о себе так: "Кто в Бристоле не знал детского портного Добсона? Я - сын его. Горжусь этим только из упрямства. Надо вам сказать, что отец мой пил, как старый кит. Однажды, незадолго до моего рождения, он, пожираемый джином, сунул матери моей в постель эдакую, знаете, восковую фигуру,- матросика, лицо херувима и первые длинные штаны. Бедняжка чудом не выкинула... Вы сами понимаете что все это я знаю понаслышке,- но, если мне не наврали добрые люди, вот, кажется, тайная причина того, что..." И Фред Добсон печально и добродушно разводил ладошками. Фокусник со своей обычной мечтательной улыбкой наклонялся, брал Фреда на руки и, вздохнув, ставил его на верхушку шкафа, где Картофельный Эльф, покорно свернувшись в клубок, начинал тихо почихивать и скулить. Было ему двадцать лет от роду, весил он около десяти килограммов, а рост его превышал лишь на несколько сантиметров рост знаменитого швейцарского карлика Циммермана, по прозванию Принц Бальтазар. Как и коллега Циммерман, Фред был отлично сложен, и,- если бы не морщинки на круглом лбу и вокруг прищуренных глаз, да еще этот общий немного жуткий вид напряженности, словно он крепился, чтобы не расти,- карлик бы совсем походил на тихого восьмилетнего мальчика. Волосы его цвета влажной соломы были прилизаны и разделены ровной нитью пробора, который шел как раз посредине головы, чтобы вступить в хитрый договор с макушкой. Ходил Фред легко, держался свободно и недурно танцевал, но первый же антрепренер, занявшийся им, счел нужным отяжелить смешным эпитетом понятие "эльфа", когда взглянул на толстый нос, завещанный карлику его полнокровным озорным отцом....
3. Приглашение на казнь. (страница 6)
Входимость: 2. Размер: 45кб.
Часть текста: Другим останком вчерашнего дня был крокодиловый, с массивной темно-серебряной монограммой, альбом, который он взял с собой в смиренном рассеянии: альбом особенный, а именно - фотогороскоп, составленный изобретательным м-сье Пьером (*18), то есть серия фотографий, с естественной постепенностью представляющих всю дальнейшую жизнь данной персоны. Как это делалось? А вот как. Сильно подправленные снимки с сегодняшнего лица Эммочки дополнялись частями снимков чужих - ради туалетов, обстановки, ландшафтов, - так что получалась вся бутафория ее будущего. По порядку вставленные в многоугольные оконца каменно-плотного, с золотым обрезом, картона и снабженные мелко написанными датами, эти отчетливые и на полувзгляд неподдельные фотографии демонстрировали Эммочку сначала, какой она была сегодня, затем - по окончании школы, то есть спустя три года, скромницей, с чемоданчиком балерины в руке, затем - шестнадцати лет, в пачках, с газовыми крыльцами за спиной, вольно сидящей на столе, с поднятым бокалом, среди бледных гуляк, затем - лет восемнадцати, в фатальном трауре, у перил над каскадом, затем... ах, во многих еще видах и позах, вплоть до самой последней - лежачей. При помощи ретушировки и других фотофокусов как будто достигалось последовательное изменение лица Эммочки (искусник, между прочим, пользовался фотографиями ее матери), но стоило взглянуть ближе, и становилась безобразно ясной аляповатость этой пародии на работу времени. У Эммочки, выходившей из театра в мехах с цветами, прижатыми к плечу, были ноги, никогда не плясавшие; а на следующем снимке,...
4. Уста к устам
Входимость: 2. Размер: 26кб.
Часть текста: от мундиров и декольте. Впереди мерещился автору Купеческий или Царский сад, акации, обрывы, звездная ночь. Автору не терпелось дорваться вместе с героями до этой звездной ночи. Однако надо было получить вещи, а это нарушало эффект. Илья Борисович перечел написанное, надул щеки, уставился на хрустальный шар пресс-папье и, подумав, решил пожертвовать эффектом ради правдоподобия. Это оказалось нелегко. Талант у него был чисто лирический, природа и переживания давались удивительно просто, но зато он плохо справлялся с житейскими подробностями, как например открывание и закрывание дверей или рукопожатия, когда в комнате много действующих лиц и один или двое здороваются со многими. При этом Илья Борисович постоянно воевал с местоимениями, например с "она", которое норовило заменять не только героиню, но и сумочку или там кушетку, а потому, чтобы не повторять имени собственного, приходилось говорить "молодая девушка" или "его собеседница", хотя никакой беседы и не происходило. Писание было для Ильи Борисовича неравной борьбой с предметами первой необходимости; предметы роскоши казались гораздо покладистее, но, впрочем, и они подчас артачились, застревали, мешали свободе движений,- и теперь, тяжело покончив с возней у гардероба и готовясь героя наделить тростью, Илья Борисович чистосердечно радовался блеску ее массивного набалдашника и, увы, не предчувствовал, какой к нему иск предъявит эта дорогая трость, как мучительно потребует она упоминания, когда Долинин, ощущая в руках гибкое молодое тело, будет переносить Ирину через весенний ручей. Долинин был просто "пожилой"; Илье Борисовичу шел пятьдесят пятый год. Долинин был "колоссально богат" - без точного объяснения источников дохода; Илья Борисович, директор фирмы, занимавшейся устройством...
5. Король, дама, валет
Входимость: 2. Размер: 27кб.
Часть текста: люди, люди, люди на потянувшейся платформе, переставляя ноги и все же не подвигаясь, шагая вперед и все же пятясь,- как мучительный сон, в котором есть и усилие неимоверное, и тошнота, и ватная слабость в икрах, и легкое головокружение,- пройдут, отхлынут, уже замирая, уже почти падая навзничь... Больше женщин, чем мужчин,- как это всегда бывает среди провожающих... Сестра Франца, такая бледная в этот ранний час, нехорошо пахнущая натощак, в клетчатой пелерине, какой, небось, не носят в столице,- и мать, маленькая, круглая, вся в коричневом, как плотный монашек. Вот запорхали платки. И отошли не только они,- эти две знакомые улыбки,-тронулся не только вокзал, с лотком, тачкой, белым продавцом слив и сосисок,- тронулся и старый городок в розоватом тумане осеннего утра: каменный курфюрст на площади, землянично-темный собор, поблескивающие вывески, цилиндр, рыба, медное блюдо парикмахера... Теперь уж не остановить. Понесло! Торжественно едут дома, хлопают занавески в открытых окнах родного дома, потрескивают полы, скрипят стены, сестра и мать пьют на быстром сквозняке утренний кофе, мебель вздрагивает от учащающихся толчков,- все скорее, все таинственнее едут дома, собор, площадь, переулки... И хотя уже давно мимо вагонного окна развертывались поля в золотистых заплатах, Франц еще ощущал, как отъезжает городишко, где он прожил двадцать лет. В деревянном, еще прохладном отделении третьего класса сидели, кроме Франца: две плюшевых старушки, дебелая женщина с корзиной яиц на коленях и белокурый юноша в коротких желтых штанах, крепкий, угластый, похожий на свой же туго набитый, словно высеченный из желтого камня мешок, который он энергично стряхнул с плеч и бухнул на полку. Место у двери, против Франца, было занято журналом с голой стриженой красавицей на обложке, а в коридоре, у окна, спиной к отделению, стоял широкоплечий господин. Город уехал. Франц схватился за бок, ...

© 2000- NIV