Cлово "ВАННЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ВАННОЙ, ВАННУЮ, ВАННЫХ, ВАННЫ, ВАННАЯ

1. Камера Обскура. (страница 5)
Входимость: 6.
2. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 6.
3. Защита Лужина. (глава 11)
Входимость: 5.
4. Лолита. (часть 1, главы 28-29)
Входимость: 4.
5. Камера Обскура. (страница 6)
Входимость: 4.
6. Лолита. (часть 1, главы 26-27)
Входимость: 4.
7. Под знаком незаконнорожденных. страница 10
Входимость: 4.
8. Дар. (страница 5)
Входимость: 4.
9. Лолита. (часть 2, главы 1-2)
Входимость: 4.
10. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 3.
11. Камера Обскура
Входимость: 3.
12. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 6)
Входимость: 3.
13. Король, дама, валет. (глава 8)
Входимость: 3.
14. Подлец
Входимость: 3.
15. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 8)
Входимость: 3.
16. Машенька. (страница 5)
Входимость: 2.
17. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 2.
18. Память, говори (глава 4)
Входимость: 2.
19. Лолита. (часть 2, главы 26-28)
Входимость: 2.
20. Пнин. (глава 7)
Входимость: 2.
21. Соглядатай
Входимость: 2.
22. Лолита. (часть 2, главы 31-34)
Входимость: 2.
23. Лолита. (часть 1, главы 7-9)
Входимость: 2.
24. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 2.
25. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 23)
Входимость: 2.
26. Лолита. (часть 2, главы 35-36)
Входимость: 2.
27. Пнин. (глава 4)
Входимость: 2.
28. Под знаком незаконнорожденных. страница 8
Входимость: 2.
29. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 2.
30. Уста к устам
Входимость: 1.
31. Король, дама, валет. (глава 7)
Входимость: 1.
32. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 19)
Входимость: 1.
33. Дар. (страница 2)
Входимость: 1.
34. Прозрачные вещи
Входимость: 1.
35. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 6)
Входимость: 1.
36. Пнин. (глава 6)
Входимость: 1.
37. Пнин. (глава 2)
Входимость: 1.
38. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 1.
39. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 1.
40. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 4)
Входимость: 1.
41. Приглашение на казнь. (страница 2)
Входимость: 1.
42. Другие берега
Входимость: 1.
43. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 1.
44. Защита Лужина. (глава 9)
Входимость: 1.
45. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 20)
Входимость: 1.
46. Дар. (страница 3)
Входимость: 1.
47. Смотри на Арлекинов! (страница 3)
Входимость: 1.
48. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 1.
49. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 1.
50. Дар. (страница 4)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Камера Обскура. (страница 5)
Входимость: 6. Размер: 27кб.
Часть текста: ему неделю спустя. - Я понимаю, что все это очень грустно, - но ведь они все тебе немножко чужие, согласись, ты сам это чувствуешь, и, конечно, твоей дочке внушена была к тебе ненависть. Ты не думай, я очень тебе соболезную, хотя, знаешь, если у меня мог бы родиться ребенок, то я хотела бы мальчика..." "Ты сама ребенок", - сказал он, гладя ее по волосам. "Особенно сегодня нужно быть бодрым, - продолжала Магда, надувая губы. - Особенно сегодня. Подумай, ведь это начало моей карьеры, я буду знаменита". "Ах да, я и забыл. Это когда же? Сегодня разве?" Явился Горн. Он заходил в последнее время каждый день, и Кречмар несколько раз поговорил с ним по душам, сказал ему все то, что Магде он бы сказать не смел и не мог. Горн так хорошо слушал, высказывал такие мудрые мысли и с такой вдумчивостью сочувствовал ему, что недавность их знакомства казалась Кречмару чем-то совершенно условным, никак не связанным с внутренним - душевным - временем, за которое развилась и созрела их мужественная дружба. "Нельзя строить жизнь на песке несчастья, - говорил Горн. - Это грех против жизни. У меня был знакомый - скульптор, - который женился из жалости...
2. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 6. Размер: 49кб.
Часть текста: себе деревушку в Новой Англии, или какой-нибудь сонный городок (ильмы, белая церковь), где бы я мог провести литературное лето, пробавляясь коробом накопившихся у меня заметок и купаясь в ближнем озере. Работа над учебником стала увлекать меня снова, а участие в дядюшкиных посмертных благовониях я к тому времени уже свел к минимуму. Один из бывших его служащих, отпрыск почтенного рода, предложил мне поселиться на несколько месяцев в пригородном доме своих обедневших родственников по фамилии Мак-Ку, которые желали сдать верхний этаж, где до смерти своей чинно ютилась старая тетка. Он сказал, что у них две дочки, одна совсем маленькая, а другая двенадцати лет, и прекрасный сад невдалеке от прекрасного озера, и я сказал, что все это предвещает совершенно совершенное лето. Мы обменялись письмами, и я убедил господина МакКу, что не гажу в углах. Ночь в поезде была фантастическая: я старался представить себе со всеми возможными подробностями таинственную нимфетку, которую буду учить по-французски и ласкать по-гумбертски. Никто меня не встретил на игрушечном вокзальчике, где я вышел со своим новым дорогим чемоданом, и никто не отозвался на телефонный звонок. Через некоторое время, однако, в единственную гостиницу зелено-розового Рамздэля явился расстроенный, промокший Мак-Ку с известием, что его дом только что сгорел дотла - быть может, вследствие одновременного пожара, пылавшего у меня всю ночь в жилах. Мак-Ку объяснил, что его жена с дочками уехала на семейном автомобиле искать приюта на какой-то им принадлежавшей мызе, но что подруга жены, госпожа Гейз, прекрасная женщина, 342, Лоун Стрит, готова сдать мне комнату. Старуха, жившая как раз против госпожи Гейз, одолжила Мак-Ку свой лимузин, допотопную махину с прямоугольным верхом, которой...
3. Защита Лужина. (глава 11)
Входимость: 5. Размер: 23кб.
Часть текста: пиджаке без одного рукава, стоял обновляемый Лужин боком к трюмо, и лысый портной то проводил мелом по его плечам и спине, то втыкал в него булавки, с поразительной ловкостью вынимая их изо рта, где, по-видимому, они естественно росли. Из всех образцов сукна, аккуратно, по тонам, расположенных в альбоме, Лужин выбрал квадрат темно-серый, и невеста долго щипала соответствующее сукно, которое портной бросил с глухим стуком на прилавок, молниеносно развернул и, выпятившись, прижал к груди, словно прикрывая наготу. Она нашла, что сукно склонно мяться, и тогда лавина плотных свертков стала заносить прилавок, и портной, моча палец о нижнюю губу, разворачивал, разворачивал. Выбрано было наконец сукно, тоже темно-серое, но гибкое и нежное, даже как будто чуть мохнатое, и теперь Лужин, распределенный в трюмо по частям, по разрезам, словно для наглядного обучения (...вот чисто выбритое, полное лицо, вот то же лицо в профиль, а вот редко самим субъектом видаемый затылок, довольно коротко подстриженный, со складочками на шее и слегка оттопыренными, розовым светом пронизанными ушами...), посматривал на себя и на материю, не узнавая в ней прежней гладкой и щедрой целины. "Я думаю, что нужно спереди чуточку уже",- сказала невеста, и портной, отойдя на шаг, прищурился на лужинскую фигуру, промурлыкал с вежливым смешком, что господин несколько в теле, а потом взялся за новорожденные отвороты, что-то подтянул, что-то подколол, меж тем, как Лужин, с жестом, свойственным всем людям в его положении, слегка отводил руку или сгибал ее в локте, глядя себе на кисть и стараясь свыкнуться с рукавом. Мимоходом портной полоснул его мелом по сердцу, намечая карманчик, после чего безжалостно сорвал уже как будто готовый рукав и стал проворно вынимать булавки из лужинского живота. Кроме хорошего костюма, Лужину был сделан и фрак; старомодный же смокинг, найденный на дне его...
4. Лолита. (часть 1, главы 28-29)
Входимость: 4. Размер: 26кб.
Часть текста: значит, каков был заветный образ ее, который я запер в комнате, предварительно удостоверившись, что на двери нет задвижки снутри. Ключ с нумерованным привеском из резного дерева тотчас же превратился в увесистое "сезам - отворись", в сказочную отмычку, могущую отпереть блаженное и страшное будущее. Он был мой, он был часть моего горячего, волосистого кулака. Через несколько минут - скажем, двадцать, скажем полчаса (sicher ist sicher, как говаривал мой дядя Густав), я отопру дверь номера 342 и найду мою нимфетку, мою красу и невесту, в темнице хрустального сна. Присяжные! Если бы мой восторг мог звучать, он бы наполнил эту буржуазную гостиницу оглушительным ревом. И единственное, о чем жалею сегодня, это что я не оставил молча у швейцара ключ 342-ой и не покинул в ту же ночь город, страну, материк, полушарие и весь земной шар. Позвольте объяснить. Меня не слишком смутили ее покаянные иносказания. Я все еще был твердо намерен придерживаться решения щадить ее чистоту, работая лишь под покровом ночи над совершенно усыпленной наркозом голенькой крошкой. "Сдержанность и благоговение" - вот был мой всегдашний девиз. Я намерен был придерживаться его, даже если бы эту чистоту (между прочим, основательно развенчанную современной наукой) слегка подпортило какое-нибудь ребячье эротическое переживание (по всей вероятности, гомосексуального порядка) в этом ее мерзостном лагере. Конечно, в силу старомодных европейских навыков я, Жан-Жак Гумберт, принял на веру, когда впервые ее увидел, два с половиной месяца тому назад, что она так непорочна, как полагается по шаблону быть "нормальному ребенку" с самой той поры, когда кончился незабвенный античный мир с его увлекательными нравами. В нашу просвещенную эру мы не окружены маленькими рабами, нежными цветочками, которые можно сорвать в предбаннике, как делалось во дни Рима; и мы не следуем примеру величавого Востока в еще более изнеженные времена и не ласкаем спереди ...
5. Камера Обскура. (страница 6)
Входимость: 4. Размер: 34кб.
Часть текста: с лошадиным лицом и загорелыми руками, который предложил ей давать уроки на отдельной площадке. Но кто бы на нее ни глядел, кто бы с ней ни танцевал, Кречмар ревности не чувствовал, и, вспоминая Сольфи, он дивился: в чем разница, почему тогда все нервило и тревожило его, а сейчас - уверенность, спокойствие? Он не замечал, что нет в ней теперь особого желания нравиться другим, искать чужих прикосновений и взглядов, - был только один человек, Горн, а Горн был тень Кречмара. Однажды, в майский день, они втроем отправились пешком за несколько верст от курорта, в горы. К концу дня Магда устала, и решено было вернуться в Ружинар дачным поездом. Для этого пришлось спуститься по крутым, каменистым тропинкам, Магда натерла ногу, Кречмар и Горн поочередно несли ее на руках. Пришли на станцию. Вечерело, на платформе было много туристов. Поезд был простецкий, мелковагонный, бескоридорный. Сели. Затем Кречмар рискнул выйти опять на платформу, чтобы выпить стакан пива. У буфета он столкнулся с господином, который торопливо платил. Они поглядели друг на друга. "Дитрих, голубчик! - воскликнул Кречмар. - Вот неожиданно!" Это был Дитрих фон Зегелькранц, беллетрист. "Ты один? - спросил Зегелькранц. - Без жены?" "Да, без жены", - ответил Кречмар, слегка смутясь. "Поезд уходит", - сказал тот. "Я...

© 2000- NIV