Cлово "ВРЕМЕННЫЙ, ВРЕМЕННАЯ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ВРЕМЕННО, ВРЕМЕННОЕ, ВРЕМЕННОГО, ВРЕМЕННОЙ

1. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 7. Размер: 61кб.
2. Другие берега. (глава 3)
Входимость: 3. Размер: 36кб.
3. Память, говори (глава 14)
Входимость: 3. Размер: 36кб.
4. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 2. Размер: 43кб.
5. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 2. Размер: 23кб.
6. Память, говори (глава 6)
Входимость: 2. Размер: 40кб.
7. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 2. Размер: 61кб.
8. Лолита. (часть 2, главы 35-36)
Входимость: 2. Размер: 36кб.
9. Путеводитель по Берлину
Входимость: 2. Размер: 11кб.
10. Защита Лужина. (глава 14)
Входимость: 2. Размер: 52кб.
11. Приглашение на казнь. (страница 2)
Входимость: 2. Размер: 45кб.
12. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 2. Размер: 62кб.
13. Адмиралтейская игла
Входимость: 2. Размер: 22кб.
14. Память, говори (глава 9)
Входимость: 2. Размер: 38кб.
15. Лолита. (часть 1, главы 23-25)
Входимость: 2. Размер: 29кб.
16. Лолита. (часть 2, главы 1-2)
Входимость: 2. Размер: 54кб.
17. Весна в Фиальте
Входимость: 2. Размер: 41кб.
18. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 2. Размер: 38кб.
19. Камера Обскура. (страница 3)
Входимость: 2. Размер: 27кб.
20. Другие берега. (глава 2)
Входимость: 2. Размер: 30кб.
21. Незавершенный роман
Входимость: 1. Размер: 114кб.
22. Приглашение на казнь. (страница 6)
Входимость: 1. Размер: 45кб.
23. Подлец
Входимость: 1. Размер: 51кб.
24. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 9)
Входимость: 1. Размер: 16кб.
25. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 1. Размер: 61кб.
26. Король, дама, валет. (глава 3)
Входимость: 1. Размер: 32кб.
27. Акрополь
Входимость: 1. Размер: 1кб.
28. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 1. Размер: 26кб.
29. Защита Лужина. (глава 13)
Входимость: 1. Размер: 29кб.
30. Под знаком незаконнорожденных. страница 6
Входимость: 1. Размер: 42кб.
31. Волшебник
Входимость: 1. Размер: 83кб.
32. Пнин. (глава 5)
Входимость: 1. Размер: 42кб.
33. Событие. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 1. Размер: 45кб.
34. Пнин. (глава 4)
Входимость: 1. Размер: 45кб.
35. Защита Лужина. (глава 11)
Входимость: 1. Размер: 23кб.
36. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 21)
Входимость: 1. Размер: 17кб.
37. Отчаяние. (глава 7)
Входимость: 1. Размер: 20кб.
38. Камера Обскура. (страница 2)
Входимость: 1. Размер: 42кб.
39. Машенька. (страница 3)
Входимость: 1. Размер: 42кб.
40. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 16)
Входимость: 1. Размер: 10кб.
41. Королек
Входимость: 1. Размер: 20кб.
42. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 5)
Входимость: 1. Размер: 45кб.
43. Истребление тиранов
Входимость: 1. Размер: 49кб.
44. Лолита. (часть 1, главы 21-22)
Входимость: 1. Размер: 19кб.
45. Шекспир
Входимость: 1. Размер: 3кб.
46. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 5)
Входимость: 1. Размер: 43кб.
47. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 1. Размер: 56кб.
48. Оповещение
Входимость: 1. Размер: 12кб.
49. Лолита. (часть 1, главы 3-6)
Входимость: 1. Размер: 31кб.
50. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 7)
Входимость: 1. Размер: 27кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 7. Размер: 61кб.
Часть текста: (Часть 4) Часть четвертая Тут один господин из тех, что вечно лезут с вопросами к лектору, поинтересовался с надменным видом патрульщика, ждущего, когда ему предъявят водительские права, как это “проф” умудряется сочетать свой отказ даровать будущему статус Времени с тем обстоятельством, что его, будущее, вряд ли можно считать несуществующим, “поскольку оно обладает по меньшей мере одним призраком, виноват, признаком, содержащим в себе столь важную идею, как идея абсолютной необходимости”. Гоните его в шею. Кто сказал, что я умру? Утверждение детерминиста можно опровергнуть и с несколько большим изяществом: бессознательное, вовсе не поджидающее нас где-то там впереди с секундомером и удавкой, облегает и Прошлое, и Настоящее со всех постижимых сторон, являясь характерной чертой не Времени как такового, но органического упадка, прирожденного всякой вещи независимо от того, наделена она сознанием Времени или нет. Да, я знаю, что другие умирают, но это не относится к делу. Я знаю еще, что вы и, вероятно, я тоже появились на свет, но это отнюдь не доказывает, будто мы с вами прошли через хрональную фазу, именуемую Прошлым: это мое Настоящее, малая пядь сознания твердит, будто так оно и было, а вовсе не глухая гроза бесконечного бессознания, приделанная к моему рождению, происшедшему пятьдесят два года и сто девяносто пять дней назад. Первое мое воспоминание восходит к середине июля 1870 года, т.е. к седьмому месяцу моей жизни (разумеется, у большинства людей способность к сознательной фиксации проявляется несколько позже, в возрасте трех-четырех лет), когда однажды утром на нашей...
2. Другие берега. (глава 3)
Входимость: 3. Размер: 36кб.
Часть текста: Викторович Голубцов, большой любитель таких изысканий. У него получалось, что старый дворянский род Набоковых произошел не от каких-то псковичей, живших как-то там в сторонке, на обочье, и не от кривобокого, набокого, как хотелось бы, а от обрусевшего шестьсот лет тому назад татарского князька по имени Набок. Бабка же моя, мать отца, рожденная баронесса Корф, была из Древнего немецкого (вестфальского) рода и находила простую прелесть в том, что в честь предка-крестоносца был будто бы назван остров Корфу. Корфы эти обрусели еще в восемнадцатом веке, и среди них энциклопедии отмечают много видных людей. По отцовской линии мы состоим в разнообразном родстве или свойстве с Аксаковыми, Шишковыми, Пущиными, Данзасами. Думаю, что было уже почти темно, когда по скрипучему снегу внесли раненого в гек-кернскую карету. Среди моих предков много служилых людей; есть усыпанные бриллиантовыми знаками участники славных войн; есть сибирский золотопромышленник и миллионщик (Василий Рукавишников, дед моей матери Елены Ивановны); есть ученый президент медико-хирургической академии (Николай Козлов, другой ее дед); есть герой Фридляндского, Бородинского, Лейпцигского и многих других сражений, генерал от инфантерии Иван Набоков (брат моего прадеда),...
3. Память, говори (глава 14)
Входимость: 3. Размер: 36кб.
Часть текста: элементам триады: назовем “тезисом” первую дугу, с которой спираль начинается в некоем центре; “антитезисом” – дугу покрупнее, которая противополагается первой, продолжая ее; а “синтезом” дугу еще более крупную, которая продолжает вторую, заворачиваясь вдоль наружной стороны первого загиба. И так далее. Цветная спираль в стеклянном шарике – вот какой я вижу мою жизнь. Двадцать лет, проведенных в родной России (1899­1919), это дуга тезиса. Двадцать один год добровольного изгнания в Англии, Германии и Франции (1919­1940) – очевидный антитезис. Годы, которые я провел на новой моей родине (1940­1960), образуют синтез – и новый тезис. Сейчас моим предметом является антитезис, а точнее – моя европейская жизнь после окончания (в 1922-ом) Кембриджа. Оглядываясь на эти годы изгнанничества, я вижу себя и тысячи других русских людей, ведущими несколько странную, но не лишенную приятности, жизнь в вещественной нищете и духовной неге, среди не играющих ровно никакой роли иностранцев, призрачных немцев и французов, в чьих, не столь иллюзорных, городах нам, изгнанникам, доводилось жить. Глазам разума туземцы эти представлялись прозрачными, плоскими фигурами, вырезанными из...
4. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 2. Размер: 43кб.
Часть текста: проговорила она ласково. Лужин посмотрел на свою руку, топыря и снова сдвигая пальцы. Ногти были желтые от курения, с грубыми заусенцами, на суставах тянулись толстые поперечные морщинки, пониже росли редкие волоски. Он положил руку на стол, рядом с ее рукой, молочно-бледной, мягкой на вид, с коротко и аккуратно подстриженными ногтями. "Я жалею, что не знала вашего отца,- сказала она погодя.- Он, должно быть, был очень добрым, очень серьезным, очень любил вас". Лужин промолчал. "Расскажите мне еще что-нибудь,- как вы тут жили? Неужели вы были когда-нибудь маленьким, бегали, возились?" Он опять положил обе руки на трость,- и, по выражению его лица, по сонному опусканию тяжелых век, по чуть раскрывшемуся рту, словно он собирался зевнуть, она заключила, что ему стало скучно, что вспоминать надоело. Да и вспоминал-то он равнодушно,- ей было странно, что вот, он месяц тому назад потерял отца и сейчас без слез может смотреть на дом, где он в детстве жил с ним вместе. Но даже в этом равнодушии, в его неуклюжих словах, в тяжелых движениях его души, как бы поворачивавшейся спросонья и засыпавшей снова, ей мерещилось что-то трогательное, трудно определимая прелесть, которую она в нем почувствовала с первого дня их знакомства. И как таинственно было то, что, несмотря на очевидную вялость его отношения к отцу, он все-таки выбрал именно этот курорт, именно эту гостиницу, как будто ждал от когда-то уже виденных предметов и пейзажей того содрогания, которого он без чужой помощи испытать не мог. А приехал он чудесно, в зеленый и серый день, под моросящим дождем, в безобразной, черной, мохнатой шляпе, в огромных галошах,- и, глядя из окна на его фигуру, грузно вылезавшую из отельного автобуса, она почувствовала, что этот неизвестный...
5. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 2. Размер: 23кб.
Часть текста: полчаса надобно было подготовить скрытый накануне от репетитора урок (о, счастливое время, когда я мог сфотографировать мозгом десять страниц в столько же минут!), выкупаться, одеться, побрекфастать. Таким образом утра мои были скомканы, и пришлось временно отменить уроки бокса и фехтованья с удивительно гуттаперчевым французом Лустало. Он продолжал приходить почти ежедневно, чтобы боксировать и биться на рапирах с моим отцом, и, проглотив чашку какао в столовой на нижнем этаже, я оттуда кидался, уже надевая пальто, через зеленую залу (где мандаринами и бором пахло так долго после Рождества), по направлению к "библиотечной", откуда доносились топот и шарканье. Там я находил отца, высокого, плотно сложенного человека, казавшегося еще крупнее в своем белом, стеганом тренировочном костюме и черной выпуклой решетчатой маске: он необыкновенно мощно фехтовал, передвигаясь то вперед, то назад по наканифоленному линолеуму, и возгласы проворного его противника-"Battez!", "Rompez!" - смешивались с лязгом рапир. Попыхивая, отец снимал маску с потного розового лица, чтобы поцеловать меня. В этой части обширной библиотеки приятно совмещались науки и спорт: кожа переплетов и кожа боксовых перчаток. Глубокие клубные кресла с толстыми сиденьями стояли там и сям вдоль книгами выложенных стен. В одном конце поблескивали штанги выписанного из Англии пунчинг-бола,- эти четыре штанги ...

© 2000- NIV