Cлово "НЕВОЗМОЖНЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: НЕВОЗМОЖНО, НЕВОЗМОЖНЫХ, НЕВОЗМОЖНОЕ, НЕВОЗМОЖНУЮ, НЕВОЗМОЖНЫМ

1. Волшебник
Входимость: 6. Размер: 83кб.
2. Защита Лужина. (глава 4)
Входимость: 5. Размер: 30кб.
3. Дар. (страница 5)
Входимость: 5. Размер: 67кб.
4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 5. Размер: 61кб.
5. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 6)
Входимость: 4. Размер: 9кб.
6. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе
Входимость: 4. Размер: 45кб.
7. Лебеда
Входимость: 3. Размер: 14кб.
8. Событие. Пьеса в прозе
Входимость: 3. Размер: 46кб.
9. Истребление тиранов
Входимость: 3. Размер: 49кб.
10. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 3. Размер: 34кб.
11. Приглашение на казнь. (страница 3)
Входимость: 3. Размер: 39кб.
12. Защита Лужина. (глава 14)
Входимость: 3. Размер: 52кб.
13. Дар. (страница 9)
Входимость: 3. Размер: 72кб.
14. Соглядатай
Входимость: 3. Размер: 110кб.
15. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 3. Размер: 60кб.
16. Дар. (страница 10)
Входимость: 3. Размер: 65кб.
17. Король, дама, валет. (глава 10)
Входимость: 3. Размер: 26кб.
18. Незавершенный роман
Входимость: 2. Размер: 114кб.
19. Дар. (страница 6)
Входимость: 2. Размер: 67кб.
20. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 2. Размер: 43кб.
21. Звонок
Входимость: 2. Размер: 22кб.
22. Отчаяние. (глава 3)
Входимость: 2. Размер: 22кб.
23. Приглашение на казнь. (страница 6)
Входимость: 2. Размер: 45кб.
24. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 2. Размер: 61кб.
25. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 2. Размер: 61кб.
26. Под знаком незаконнорожденных. страница 6
Входимость: 2. Размер: 42кб.
27. Дар. (страница 2)
Входимость: 2. Размер: 83кб.
28. Лолита. (часть 2, главы 26-28)
Входимость: 2. Размер: 28кб.
29. Пнин. (глава 2)
Входимость: 2. Размер: 55кб.
30. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 4)
Входимость: 2. Размер: 17кб.
31. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 42)
Входимость: 2. Размер: 42кб.
32. Посещение музея
Входимость: 2. Размер: 21кб.
33. Лолита. (часть 2, главы 29-30)
Входимость: 2. Размер: 32кб.
34. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 2. Размер: 62кб.
35. Приглашение на казнь. (страница 5)
Входимость: 2. Размер: 43кб.
36. Защита Лужина. (глава 9)
Входимость: 2. Размер: 16кб.
37. Дар
Входимость: 2. Размер: 65кб.
38. Музыка
Входимость: 2. Размер: 12кб.
39. Защита Лужина. (глава 12)
Входимость: 2. Размер: 24кб.
40. Король, дама, валет. (глава 13)
Входимость: 2. Размер: 29кб.
41. Защита Лужина
Входимость: 2. Размер: 14кб.
42. Защита Лужина. (глава 5)
Входимость: 2. Размер: 13кб.
43. Дар. (страница 4)
Входимость: 2. Размер: 68кб.
44. Отчаяние. (глава 6)
Входимость: 2. Размер: 23кб.
45. Совершенство
Входимость: 2. Размер: 22кб.
46. Весна в Фиальте
Входимость: 2. Размер: 41кб.
47. Подвиг. (страница 10)
Входимость: 2. Размер: 24кб.
48. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 2. Размер: 38кб.
49. Камера Обскура. (страница 6)
Входимость: 2. Размер: 34кб.
50. Король, дама, валет. (глава 8)
Входимость: 2. Размер: 29кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Волшебник
Входимость: 6. Размер: 83кб.
Часть текста: единственным пламенем? Так как же? Не математика же восточного сластолюбия: нежность добычи обратно пропорциональна возрасту. О нет, это для меня не степень общего, а нечто совершенно отдельное от общего; не более драгоценное, а бесценное. Что же тогда? Болезнь, преступность? Но совместимы ли с ними совесть и стыд, щепетильность и страх, власть над собой и чувствительность - ибо и в мыслях допустить не могу, что причиню боль или вызову незабываемое отвращение. Вздор; я не растлитель. В тех ограничениях, которые ставлю мечтанию, в тех масках, которые придумываю ему, когда, в условиях действительности, воображаю незаметнейший метод удовлетворения страсти, есть спасительная софистика. Я карманный вор, а не взломщик. Хотя, может быть, на круглом острове, с маленькой Пятницей (не просто безопасность, а права одичания, или это - порочный круг с пальмой в центре?). Рассудком зная, что Эвфратский абрикос вреден только в консервах; что грех неотторжим от гражданского быта; что у всех гигиен есть свои гиены; зная, кроме того, что этот самый рассудок не прочь опошлить то, что иначе ему не дается... Сбрасываю и поднимаюсь выше. ЧтО, если прекрасное именно-то и доступно сквозь тонкую...
2. Защита Лужина. (глава 4)
Входимость: 5. Размер: 30кб.
Часть текста: журнала. Лужин быстро перелистывал их, добираясь до той страницы, где, между стихотворением Коринфского, увенчанным арфообразной виньеткой, и отделом смеси со сведениями о передвигающихся болотах, американских чудаках и длине человеческих кишок, была гравирована шахматная доска. Никакие картины не могли удержать руку Лужина, листавшую том,- ни знаменитый Ниагарский водопад, ни голодающие индусские дети, толстопузые скелетики, ни покушение на испанского короля. Жизнь с поспешным шелестом проходила мимо, и вдруг остановка,- заветный квадрат, этюды, дебюты, партии. В начале летних каникул очень недоставало тети и старика с цветами,- особенно этого душистого старика, пахнувшего то фиалкой, то ландышем, в зависимости от тех цветов, которые он приносил тете. Приходил он обыкновенно очень удачно,- через несколько минут после того, как тетя, посмотрев на часы, уходила из дому. "Что ж, подождем",- говорил старик, снимая мокрую бумагу с букета, и Лужин придвигал ему кресло к столику, где уже расставлены были шахматы. Появление старика с цветами было выходом из довольно неловкого положения. После трех-четырех школьных пропусков обнаружилась неспособность тети играть в шахматы. Ее фигуры сбивались в безобразную кучу, откуда вдруг выскакивал обнаженный беспомощный король. Старик же играл божественно. Первый раз, когда тетя, натягивая перчатки, скороговоркой сказала: "я, к сожалению, должна уйти, но вы посидите, сыграйте в шахматы с моим племянником, спасибо за чудные ландыши",- в первый раз, когда старик сел и сказал со вздохом: "давненько не брал я в руки... ну-с, молодой человек,- левую или правую?"- в первый этот раз, когда через несколько ходов уже горели уши и некуда было сунуться,- Лужину показалось, что он играет совсем в другую игру, чем та, которой его научила тетя....
3. Дар. (страница 5)
Входимость: 5. Размер: 67кб.
Часть текста: говорили между собой с произношением ссоры. Голоса были схожи, оба смуглые и гладкие, но один был грубее и как бы теснее, другой - вольнее и чище. В рокоте материнского была просьба, даже виноватая просьба; в укорачивающихся ответах дочери звенела злость. Под эту невнятную утреннюю бурю Федор Константинович опять мирно засыпал. В редеющей местами дремоте он различал звуки уборки; стена вдруг рушилась на него: это половая щетка поехала и хлопнулась у его двери. Раз в неделю толстая, тяжело переводившая дух, пахнувшая кислым потом швейцариха приходила с пылесосом, и тогда начинался ад, мир рвался на части, адский скрежет проникал в самую душу, разрушая ее, и гнал Федора Константиновича из постели, из комнаты, из дома. Обычно же, около десяти Марианна Николаевна в свою очередь занимала ванную, а после нее, уже харкая на ходу, туда следовал Иван Борисович. Воду он спускал до пяти раз; ванной не пользовался, удовлетворяясь лепетом маленького умывальника. К половине одиннадцатого всг в доме стихало: Марианна Николаевна уходила за хозяйственными покупками, Щеголев - по своим темным делам. Федор Константинович погружался в блаженную бездну, в которой теплые остатки дремоты мешались с чувством счастья, вчерашнего и предстоящего. Довольно часто теперь он день начинал стихотворением. Лежа навзничь, с первой, утоляюще-вкусной, крупной и длительной папиросой между запекшихся губ, он снова, после перерыва почти в десять лет, сочинял того особого рода стихи, которые в ближайший же вечер дарятся, чтобы отразиться в волне, вынесшей их. Он сравнивал строй этих со строем тех. Слова тех были забыты. Только кое-где среди стертых букв еще сохранились рифмы,...
4. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 5. Размер: 61кб.
Часть текста: необходимости”. Гоните его в шею. Кто сказал, что я умру? Утверждение детерминиста можно опровергнуть и с несколько большим изяществом: бессознательное, вовсе не поджидающее нас где-то там впереди с секундомером и удавкой, облегает и Прошлое, и Настоящее со всех постижимых сторон, являясь характерной чертой не Времени как такового, но органического упадка, прирожденного всякой вещи независимо от того, наделена она сознанием Времени или нет. Да, я знаю, что другие умирают, но это не относится к делу. Я знаю еще, что вы и, вероятно, я тоже появились на свет, но это отнюдь не доказывает, будто мы с вами прошли через хрональную фазу, именуемую Прошлым: это мое Настоящее, малая пядь сознания твердит, будто так оно и было, а вовсе не глухая гроза бесконечного бессознания, приделанная к моему рождению, происшедшему пятьдесят два года и сто девяносто пять дней назад. Первое мое воспоминание восходит к середине июля 1870 года, т.е. к седьмому месяцу моей жизни (разумеется, у большинства людей способность к сознательной фиксации проявляется несколько позже, в возрасте трех-четырех лет), когда однажды утром на нашей ривьерской вилле в мою колыбель обрушился огромный кусок зеленого гипсового орнамента, отодранный от потолка землетрясением. Сто девяносто пять дней, предваривших это событие, не следует включать в перцептуальное время по причине их неотличимости от бесконечного бессознания, и стало быть, в том, что касается моего разума и моей гордости таковым, мне сегодня (в середине июля 1922 года) исполнилось ровно пятьдесят два et trкve de mon style plafond peint. В подобном же смысле личного, перцептуального времени я вправе ...
5. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 6)
Входимость: 4. Размер: 9кб.
Часть текста: со мной, распорядись, чтобы твоя нынешняя секретарша позвонила ко мне в Кингстон. Ада, я хочу подправить и расширить рассказ о ее смерти, напечатанный здесь еще до моего появления. Мы не “путешествовали вместе”. Мы взошли на судно в разных портах, я не знал, что она на борту. Отношения наши остались такими, какими были всегда. Весь следующий день (4 июня), не считая пары часов перед обедом, я провел с ней. Мы нежились под солнцем. Она радовалась бодрящему бризу и искристому рассолу бассейна. Она старательно разыгрывала беспечность, но я понимал, что с ней что-то не так. Внушенную ею самой себе романтическую привязанность, безрассудное ослепление, столь ею лелеемое, невозможно было разрушить никакими доводами рассудка. В довершение всего, на сцене объявился вдруг некто, с кем ей невозможно было тягаться. Робинзоны, Роберт и Ракель, которые, как я знаю, собирались писать к вам через отца, были предпоследними, с кем она говорила той ночью. Последним стал бармен. Встревоженный ее поведением, он вышел за ней на палубу и видел, как она прыгнула, но помешать не успел. Думаю, всякий, кто испытал такую утрату, неизбежно начинает трястись над каждой подробностью, каждой щелкнувшей пружинкой, каждой нитью, которая выпросталась из обмахрившейся...

© 2000- NIV