Cлово "НЕМЕДЛЕННЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: НЕМЕДЛЕННО, НЕМЕДЛЕННОЕ, НЕМЕДЛЕННОГО, НЕМЕДЛЕННОЙ

1. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 9.
2. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 7.
3. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 6.
4. Другие берега. (глава 11)
Входимость: 5.
5. Истребление тиранов
Входимость: 4.
6. Дар. (страница 9)
Входимость: 4.
7. Незавершенный роман
Входимость: 3.
8. Дар. (страница 6)
Входимость: 3.
9. Память, говори (глава 12)
Входимость: 3.
10. Дар. (страница 10)
Входимость: 3.
11. Событие. Пьеса в прозе
Входимость: 3.
12. Волшебник
Входимость: 3.
13. Дар. (страница 5)
Входимость: 3.
14. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 3.
15. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 39)
Входимость: 2.
16. Лолита. (часть 2, главы 14-16)
Входимость: 2.
17. Защита Лужина. (глава 8)
Входимость: 2.
18. Лолита. (часть 2, главы 26-28)
Входимость: 2.
19. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 2.
20. Посещение музея
Входимость: 2.
21. Дар. (страница 7)
Входимость: 2.
22. Лолита. (часть 2, главы 23-25)
Входимость: 2.
23. Дар. (страница 3)
Входимость: 2.
24. Дар
Входимость: 2.
25. Событие. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 2.
26. Под знаком незаконнорожденных. страница 7
Входимость: 2.
27. Лолита. (часть 1, главы 28-29)
Входимость: 2.
28. Случаи из жизни
Входимость: 2.
29. Лолита. (часть 1, главы 7-9)
Входимость: 2.
30. Другие берега. (глава 10)
Входимость: 2.
31. Лолита. (часть 1, главы 18-20)
Входимость: 2.
32. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 2.
33. Другие берега. (глава 12)
Входимость: 2.
34. Под знаком незаконнорожденных. страница 5
Входимость: 2.
35. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 1.
36. Смотри на Арлекинов! (страница 5)
Входимость: 1.
37. Память, говори (глава 4)
Входимость: 1.
38. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 19)
Входимость: 1.
39. Дар. (страница 2)
Входимость: 1.
40. Прозрачные вещи
Входимость: 1.
41. Помощник режиссера
Входимость: 1.
42. Отчаяние. (глава 7)
Входимость: 1.
43. Забытый поэт
Входимость: 1.
44. Пнин. (глава 2)
Входимость: 1.
45. Лолита. (часть 1, главы 21-22)
Входимость: 1.
46. Отчаяние. (глава 2)
Входимость: 1.
47. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе
Входимость: 1.
48. Лолита. (часть 1, главы 15-17)
Входимость: 1.
49. Другие берега
Входимость: 1.
50. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 9. Размер: 38кб.
Часть текста: прений, а Президент раньше пяти не будет. Это неприятно, что тринадцать... Полковник. Я могу удалиться, если кто-нибудь согласится быть секретарем вместо меня. Министр. Нет, зачем же... Только это неприятно... Полковник. Пожалуйста, я уйду. Министр. Да что вы обижаетесь на всякое слово! Скучно, ей-богу. Граб. Можно пригласить этого моего милого инженера, знаете, - этого блондина с бакенбардами, - он ведь все равно в курсе? Герб. Предложение незаконное. Я протестую. Министр. Скажите, пожалуйста, что это за сундук в углу? Полковник. Ах, это из архива. В нем карты. Брег. Игральные или генеральные? Берг. Грах, грах, грах. Полковник. Географические, конечно. Я велел принести, думая, что пригодятся. Если желаете, можно убрать. Министр. Откройте-ка этот сундук, дорогой полковник. Из сундука выходит Сон. Я так и думал. Сон. Куда прикажете сесть? Гроб. Нас все-таки тринадцать! Раз, два, три... (Считает.) Вот оказия! Бриг. Вы опять меня забыли. Гроб. Да, правильно. Министр. Ну вот, теперь приступим. Только помните, Сон, вы голоса не имеете, сидите и молчите. Герб. Я протестую. Лишних людей не должно быть. Берг. Полноте, генерал. Это так - фикция. Ведь это - Сон. Нас столько же, сколько и было. Герб. В таком случае я снимаю свой протест. Министр. Господа! Сейчас мы заслушаем доклад относительно тех трех испытаний, которые произвел... произвел... Сальватор Вальс. Это как будто...
2. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 7. Размер: 44кб.
Часть текста: же мой Сон не идет? Пора. Полковник. Получается невозможный затор и нагромождение. Вместо оживленного перекрестка - жизнь нашей страны находит у вас в кабинете опасный тупик. Вальс. Вы бы все-таки перестали мне делать замечания, - скучно. Полковник. Виноват, Ваше Безумие, но я только исполняю свои прямые обязанности. Вальс. Титул звучный... Вы довольно угрюмый шутник. Если я вас держу в секретарях, то это лишь потому, что я люблю парадоксы. Ну - и вам в пику, тоже. Полковник. Мне кажется, что я службу свою исполняю. Большего от меня требовать сам господь бог не может. А что у меня тут, в груди, - это никого не касается. Вальс. Тем более что это у вас не грудь, а живот... Нет, не могу сегодня больше работать, - вот не могу... Тяжелая голова... Полковник. Голова у вас не должна больше болеть: рана была пустяковая. Вальс. Она и не болит... Нет, просто скучно, надоело... Все так сложно и запутано, - нарочно запутано. Рану я забыл, но покушение - помню. Кстати, маленькое воздушное распоряжение, которое я только что сделал, минут через двадцать будет проведено в жизнь. Надо надеяться, что кто-нибудь сразу нас известит о результате. Полковник. Об этих ваших делах позвольте мне не знать. Я в них не компетентен. Но у вас сейчас на рабочем столе вздрагивает и хрипит в невыносимых мучениях моя несчастная отчизна. Вальс. Кабы не косность олухов да проделки плутов, она давно была бы счастливой. Но вообще, знаете, полковник, я решил, что делами буду заниматься только раз в неделю, скажем - по средам. Полковник. Моя обязанность - вам заметить, что тем временем страна гибнет. Вальс. Ну уж и гибнет. Не преувеличивайте, пожалуйста. Полковник. Нет, Ваше Безумие, я не преувеличиваю. Вальс. Пустяки. Полковник. Пустяки? То, что миллионы рабочих, выброшенных с заводов, остались без хлеба, - это пустяк? А дикая неразбериха, царящая в...
3. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 6. Размер: 49кб.
Часть текста: сонный городок (ильмы, белая церковь), где бы я мог провести литературное лето, пробавляясь коробом накопившихся у меня заметок и купаясь в ближнем озере. Работа над учебником стала увлекать меня снова, а участие в дядюшкиных посмертных благовониях я к тому времени уже свел к минимуму. Один из бывших его служащих, отпрыск почтенного рода, предложил мне поселиться на несколько месяцев в пригородном доме своих обедневших родственников по фамилии Мак-Ку, которые желали сдать верхний этаж, где до смерти своей чинно ютилась старая тетка. Он сказал, что у них две дочки, одна совсем маленькая, а другая двенадцати лет, и прекрасный сад невдалеке от прекрасного озера, и я сказал, что все это предвещает совершенно совершенное лето. Мы обменялись письмами, и я убедил господина МакКу, что не гажу в углах. Ночь в поезде была фантастическая: я старался представить себе со всеми возможными подробностями таинственную нимфетку, которую буду учить по-французски и ласкать по-гумбертски. Никто меня не встретил на игрушечном вокзальчике, где я вышел со своим новым дорогим чемоданом, и никто не отозвался на телефонный звонок. Через некоторое время, однако, в единственную гостиницу зелено-розового Рамздэля явился расстроенный, промокший Мак-Ку с известием, что его дом только что сгорел дотла - быть может, вследствие одновременного пожара, пылавшего у меня всю ночь в жилах. Мак-Ку объяснил, что его жена с дочками уехала на семейном автомобиле искать приюта на какой-то им принадлежавшей мызе, но что подруга жены, госпожа Гейз, прекрасная женщина, 342, Лоун Стрит, готова сдать мне комнату. Старуха, жившая как раз против госпожи Гейз, одолжила Мак-Ку свой лимузин, допотопную махину с прямоугольным верхом,...
4. Другие берега. (глава 11)
Входимость: 5. Размер: 33кб.
Часть текста: тянулась далекая война. Двумя годами позже, пресловутой перемене в государственном строе предстояло убрать знакомую, кроткую усадебную обстановку,- и уже погромыхивал закулисный гром в стихах Александра Блока. В начале того лета, и в течение всего предыдущего, имя "Тамара" появлялось (с той напускной наивностью, которая так свойственна повадке судьбы, приступающей к важному делу) в разных местах нашего имения. Я находил его написанным химическим карандашом на беленой калитке или начерченным палочкой на красноватом песке аллеи, или недовырезанным на спинке скамьи, точно сама природа, минуя нашего старого сторожа, вечно воевавшего с вторжением дачников в парк, таинственными знаками предваряла меня о приближении Тамары. В тот июльский день, когда я наконец увидел ее, стоящей совершенно неподвижно (двигались только зрачки) в изумрудном свете березовой рощи, она как бы зародилась среди пятен этих акварельных деревьев с беззвучной внезапностью и совершенством мифологического воплощения. Дождавшись того, чтобы сел невидимый мне овод, она прихлопнула его и, довольная, сквозь ожившую и заигравшую рощу, пустилась догонять сестру и подругу, отчетливо звавших ее; немного позже, с заросшего дикой малиной старого кладбища, боком, как калека, сходившего по крутому склону к реке, я увидел, как все три они шли через мост, одинаково постукивая высокими каблучками, одинаково засунув руки в карманы темно-синих жакеток и, чтобы отогнать мух, одинаково встряхивая головами, убранными цветами и лентами. Очень скоро путем слежки я выяснил, где мать ее снимала дачку: ее скрывала рощица яблоней. Ежедневно, верхом или на велосипеде, я проезжал мимо,- и на повороте той или другой дороги что-то ослепительно взрывалось под ложечкой, и я обгонял Тамару, с деятельно устремленным...
5. Истребление тиранов
Входимость: 4. Размер: 49кб.
Часть текста: моей души, покуда не заполнила ее почти всю, оставив мне лишь тонкий светящийся обод (напоминающий больше корону безумия, чем венчик мученичества); но я предвижу и полное свое затмение. Первые его портреты, в газетах, в витринах лавок, на плакатах (тоже растущих в нашей богатой осадками, плачущей и кровоточащей стране), выходили на первых порах как бы расплывчатыми,- это было тогда, когда я еще сомневался в смертельном исходе моей ненависти: что-то еще человеческое, а именно возможность неудачи, срыва, болезни, мало ли чего, в то время слабо дрожало сквозь иные его снимки, в разнообразности неустоявшихся еще поз, в зыбкости глаз, еще не нашедших исторического выражения, но исподволь его облик уплотнился, его скулы и щеки на официальных фотоэтюдах покрылись божественным лоском, оливковым маслом народной любви, лаком законченного произведения,- и уже нельзя было представить себе, что этот нос можно высморкать, что под эту губу можно залезть пальцем, чтобы выковырнуть застреч-ку пищи из-за гнилого резца. За пробным разнообразием последовало канонизированное единство, утвердился, теперь знакомый всем, каменно-тусклый взгляд его неумных и незлых, но чем-то нестерпимо жутких глаз, прочная мясистость отяжелевшего подбородка, бронза маслаков, и уже ставшая для всех карикатуристов мира привычной чертой, почти машинально производящей фокус сходства, толстая морщина через весь лоб,- жировое отложение мысли, а не шрам мысли, конечно. Вынужден думать, что его натирали множеством патентованных бальзамов, иначе мне непонятна металлическая добротность лица, которое я когда-то знал болезненно-одутловатым, плохо выбритым, так что слышался шорох волосков о грязный крахмальный воротничок, когда он поворачивал голову. И...

© 2000- NIV