Cлово "НЕПОНЯТНЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: НЕПОНЯТНО, НЕПОНЯТНЫМ, НЕПОНЯТНОЕ, НЕПОНЯТНЫ, НЕПОНЯТНОМ

1. Приглашение на казнь. (страница 4)
Входимость: 4.
2. Ужас
Входимость: 3.
3. Дар. (страница 2)
Входимость: 3.
4. Камера Обскура
Входимость: 3.
5. Дар. (страница 10)
Входимость: 3.
6. Дар. (страница 9)
Входимость: 3.
7. Незавершенный роман
Входимость: 2.
8. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 2.
9. Защита Лужина. (глава 8)
Входимость: 2.
10. Дар. (страница 3)
Входимость: 2.
11. Соглядатай
Входимость: 2.
12. Дар. (страница 8)
Входимость: 2.
13. Машенька. (страница 3)
Входимость: 2.
14. Отчаяние. (глава 5)
Входимость: 1.
15. Лолита. (часть 2, главы 10-13)
Входимость: 1.
16. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 39)
Входимость: 1.
17. Король, дама, валет. (глава 3)
Входимость: 1.
18. * * * ("Ты многого, слишком ты многого хочешь")
Входимость: 1.
19. Прозрачные вещи
Входимость: 1.
20. Помощник режиссера
Входимость: 1.
21. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 16)
Входимость: 1.
22. Как-то раз в Алеппо...
Входимость: 1.
23. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 1.
24. Что всякий должен знать? (эссе)
Входимость: 1.
25. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 4)
Входимость: 1.
26. Король, дама, валет. (глава 9)
Входимость: 1.
27. Другие берега. (глава 14)
Входимость: 1.
28. Лолита. (часть 2, главы 23-25)
Входимость: 1.
29. Под знаком незаконнорожденных. страница 3
Входимость: 1.
30. Романс
Входимость: 1.
31. Дар
Входимость: 1.
32. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 1.
33. Король, дама, валет. (глава 13)
Входимость: 1.
34. Защита Лужина. (глава 3)
Входимость: 1.
35. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 1.
36. Бледное пламя. Комментарии (страница 8)
Входимость: 1.
37. Машенька. (страница 4)
Входимость: 1.
38. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 34)
Входимость: 1.
39. Встреча
Входимость: 1.
40. Случаи из жизни
Входимость: 1.
41. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 1.
42. Подвиг. (страница 8)
Входимость: 1.
43. Скитальцы (1-е действие)
Входимость: 1.
44. Волшебник
Входимость: 1.
45. * * * ("Сторожевые кипарисы")
Входимость: 1.
46. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 5)
Входимость: 1.
47. Защита Лужина. (глава 4)
Входимость: 1.
48. Под знаком незаконнорожденных. страница 12
Входимость: 1.
49. Башмачок
Входимость: 1.
50. Истребление тиранов
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Приглашение на казнь. (страница 4)
Входимость: 4. Размер: 41кб.
Часть текста: Кое-что, впрочем, уже достигнуто, и я сердечно этому рад, - говорил м-сье Пьер, сидя, по своему обыкновению, бочком к столу, с плотно скрещенными жирными ляжками, и беря одной рукой беззвучные аккорды на клеенкой покрытом столе. Цинциннат, подпирая голову, лежал на койке. - Мы сейчас одни, а на дворе дождь, - продолжал м-сье Пьер. - Такая погода благоприятствует задушевным шушуканиям. Давайте раз навсегда выясним... У меня создалось впечатление, что вас удивляет, даже коробит, отношение нашего начальства ко мне; выходит так, будто я на положении особом, - нет, нет, не возражайте, - давайте уж начистоту, коли на то пошло. Позвольте же мне сказать вам две вещи. Вы знаете нашего милого директора (кстати: волчонок к нему не совсем справедлив, но об этом после...), вы знаете, как он впечатлителен, как пылок, как увлекается всякой новинкой, - думаю, что и вами он увлекался в первые дни, - так что пассия, которой он теперь ко мне воспылал, не должна вас смущать. Не будем так ревнивы, друг мой. Во-первых, как это ни странно, но, по-видимому, вам до сих...
2. Ужас
Входимость: 3. Размер: 14кб.
Часть текста: на скуле, тень вдоль носа,- чем настойчивее я говорил себе: вот это я, имярек,- тем непонятнее мне становилось, почему именно это- я, и тем труднее мне было отождествить с каким-то непонятным "я" лицо, отраженное в зеркале. Когда я рассказывал об этом, мне справедливо замечали, что так можно дойти до чертиков. Действительно, раза два я так долго всматривался поздно ночью в свое отражение, что мне становилось жутко и я поспешно тушил свет. А наутро пока брился, мне уже в голову не приходило удивляться своему отражению. Бывало со мной и другое: ночью, лежа в постели, я вдруг вспоминал, что смертен. Тогда в моей душе происходило то же, что происходит в огромном театре, когда внезапно потухает свет, и в налетевшей тьме кто-то резко вскрикивает, и затем вскрикивает несколько голосов сразу,- слепая буря, темный панический шум растет,- и вдруг свет вспыхивает снова, и беспечно продолжается представление. Так, бывало, душа моя задохнется на миг, лежу навзничь, широко открыв глаза, и стараюсь изо всех сил побороть страх, осмыслить смерть, понять ее по-житейски, без помощи религий и философий. И потом говоришь себе, что смерть еще далека, что успеешь ее продумать,- - а сам знаешь, что все равно никогда не продумаешь, и опять в темноте, на галерке сознания, где мечутся живые, теплые мысли о милых земных мелочах, проносится крик - и внезапно стихает, когда наконец, повернувшись на бок, начинаешь думать о другом. Полагаю, что все это - и недоумение перед ночным зеркалом, и внезапное паническое предвкушение смерти,- ощущения, знакомые многим, и если я так останавливаюсь на них, то потому только, что в этих ощущениях есть частица того высшего ужаса, который мне однажды довелось испытать. Высший ужас... особенный ужас... я ищу точного определения, но на складе готовых слов нет ничего подходящего....
3. Дар. (страница 2)
Входимость: 3. Размер: 83кб.
Часть текста: угорьки из вас повыжмут". "Кстати, - спросила Александра Яковлевна, - что это такое "вилы в аллее", - там, где велосипед?" Федор Константинович скорее жестами, чем словами, показал: знаете, - когда учишься ездить и страшно виляешь. "Сомнительное выражение", - заметил Васильев. "Мне больше всего понравилось о детских болезнях, да, - сказала Александра Яковлевна, кивнув самой себе, - это хорошо: рождественская скарлатина и пасхальный дифтерит". "Почему не наоборот?" - полюбопытствовала Тамара. Господи, как он любил стихи! Стеклянный шкапчик в спальне был полон его книг: Гумилев и Эредиа, Блок и Рильке, - и сколько он знал наизусть! А тетради... Нужно будет когда-нибудь решиться и всг просмотреть. Она это может, а я не могу. Как это странно случается, что со дня на день откладываешь. Разве, казалось бы, не наслаждение, - единственное, горькое наслаждение, - перебирать имущество мертвого, а оно однако так и остается лежать нетронутым (спасительная лень души?); немыслимо, чтобы чужой дотронулся до него, но какое облегчение, если бы нечаянный пожар уничтожил этот драгоценный маленький шкал. Александр Яковлевич вдруг встал и, как бы случайно, так переставил стул около письменного стола, чтобы ни он, ни тень книг никак не могли служить темой для призрака. Разговор тем временем перешел на какого-то советского деятеля, потерявшего после смерти Ленина власть. "Ну, в те годы, когда я видал его, он был в зените славы и добра", - говорил Васильев, профессионально перевирая цитату. Молодой человек, похожий на Федора Константиновича (к которому именно поэтому так привязались Чернышевские), теперь очутился у двери, где, прежде чем выйти, остановился ...
4. Камера Обскура
Входимость: 3. Размер: 62кб.
Часть текста: в иное время возбуждают в человеке умиление своей пухлостью, теплотой, ужимками, но еще входит как бы в азарт - распинает живьем и кромсает куда больше особей, чем в действительности ей необходимо. "Знаете что, - сказал он Горну, - вот вы так славно рисуете всякие занятные штучки для журналов; возьмите-ка и пустите, так сказать, на волны моды какого-нибудь многострадального маленького зверя, например, морскую свинку. Придумайте к этим картинкам шуточные надписи, где бы этак вскользь, легко упоминалось о трагической связи между свинкой и лабораторией. Удалось бы, я думаю, не только создать очень своеобразный и забавный тип, но и окружить свинку некоторым ореолом модной ласки, что и обратило бы общее внимание на несчастную долю этой, в сущности, милейшей твари". "Не знаю, - ответил Горн, - они мне напоминают крыс. Бог с ними. Пускай пищат под скальпелем". Но как-то раз, спустя месяц после этой беседы, Горн в поисках темы для серии картинок, которую просило у него издательство иллюстрированного журнала, вспомнил совет чувствительного физиолога - и в тот же вечер легко и быстро родилась первая морская свинка Чипи. Публику сразу привлекло, мало что привлекло - очаровало, хитренькое выражение этих блестящих бисерных глаз, круглота форм, толстый задок и гладкое темя, манера сусликом стоять на задних лапках, прекрасный крап, черный, кофейный и золотой, а главное - неуловимое прелестное - смешное нечто, фантастическая, но весьма определенная жизненность, - ибо Горну посчастливилось найти ту карикатурную линию в облике данного животного, которая, являя и подчеркивая все самое забавное в нем, вместе с тем как-то приближает его к образу человеческому. Вот и началось: Чипи, держащая в лапках череп грызуна (с этикеткой: Cavia cobaja) и восклицающая "Бедный Йорик!"; Чипи на лабораторном столе,...
5. Дар. (страница 10)
Входимость: 3. Размер: 65кб.
Часть текста: более или менее оранжевые тела. Всматриваться он избегал, боясь перехода от Пана к Симплициссимусу. Но иногда, рядом с школьным портфелем и сверкающим велосипедом, прислоненным к стволу, лежала одинокая нимфа, раскинув обнаженные до пахов, замшево-нежные ноги, заломив руки, показывая солнцу блестящие мышки; стрела соблазна едва успевала пропеть и вонзиться, как уже он замечал, что, на некотором расстоянии, в трех, одинаково отдаленных точках, образующих магический треугольник вокруг (чьей?) добычи, виднеются среди стволов три неподвижных ловца, друг другу незнакомых: два молодых (этот ничком, тот на боку) и старый господин в жилете, с резинками на рукавах рубашки, плотно сидящий на траве, неподвижный, вечный, с грустными, но терпеливыми глазами; и казалось эти три ударяющих в одну точку взгляда наконец, с помощью солнца, прожгут дырку в черном купальном трико бедной немецкой девочки, не поднимающей маслом смазанных век. Он спускался на песчаный бережок озера и тут, в грохоте голосов, ткань очарования, которую он сам так тщательно свил, совсем разрывалась, и он с отвращением видел измятые, выкрученные, искривленные нордостом жизни, голые и полураздетые - вторые были страшнее - тела купальщиков (мелких мещан, праздных рабочих), шевелившихся в грязно-сером песке. Там, где береговая дорога шла вдоль этой узкой, темной губы озера, последняя была от дороги отделена кольями с замученной, провалившейся проволокой, и береговыми завсегдатаями особенно ценилось место около этих кольев - то ли потому, что на них удобно вешались штаны на своих подтяжках (а белье клалось на пыльную крапиву), то ли из-за смутно охранного ощущения ограды за спиной. Там же, где дорога поднималась выше, к озеру спускались...

© 2000- NIV