Cлово "МОРСКАЯ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: МОРСКОЙ, МОРСКИЕ, МОРСКИМИ, МОРСКУЮ

1. Камера Обскура
Входимость: 6.
2. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 4.
3. Артюр Рембо. Пьяный корабль
Входимость: 4.
4. Машенька. (страница 5)
Входимость: 4.
5. Другие берега. (глава 7)
Входимость: 4.
6. Память, говори (глава 13)
Входимость: 4.
7. Бледное пламя. Комментарии (страница 2)
Входимость: 4.
8. Смотри на Арлекинов! (страница 2)
Входимость: 4.
9. Король, дама, валет. (глава 12)
Входимость: 4.
10. Незавершенный роман
Входимость: 3.
11. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 3.
12. Память, говори (глава 4)
Входимость: 3.
13. Другие берега. (глава 8)
Входимость: 3.
14. Другие берега
Входимость: 3.
15. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 3.
16. Король, дама, валет. (глава 13)
Входимость: 3.
17. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 3.
18. Память, говори (глава 12)
Входимость: 3.
19. Память, говори
Входимость: 3.
20. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 3.
21. Дар. (страница 2)
Входимость: 2.
22. * * * ("Вдали от берега, в мерцании морском")
Входимость: 2.
23. Путеводитель по Берлину
Входимость: 2.
24. Память, говори (глава 7)
Входимость: 2.
25. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 2.
26. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 6)
Входимость: 2.
27. Память, говори (глава 8)
Входимость: 2.
28. Тяжелый дым
Входимость: 2.
29. Другие берега. (глава 11)
Входимость: 2.
30. Круг
Входимость: 2.
31. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 2.
32. Лолита. (часть 2, глава 20-22)
Входимость: 2.
33. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 27)
Входимость: 2.
34. Порт
Входимость: 2.
35. Воскресение мертвых
Входимость: 2.
36. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 5)
Входимость: 2.
37. Память, говори (глава 9)
Входимость: 2.
38. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 2.
39. Подвиг. (страница 2)
Входимость: 2.
40. Память, говори (глава 5)
Входимость: 2.
41. Совершенство
Входимость: 2.
42. Под знаком незаконнорожденных. страница 5
Входимость: 2.
43. Камера Обскура. (страница 4)
Входимость: 2.
44. Лолита. (часть 2, главы 3-5)
Входимость: 1.
45. Знаки и символы
Входимость: 1.
46. Память, говори (глава 3)
Входимость: 1.
47. Пнин. (глава 6)
Входимость: 1.
48. Пильграм
Входимость: 1.
49. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 3, глава 6)
Входимость: 1.
50. Как-то раз в Алеппо...
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Камера Обскура
Входимость: 6. Размер: 62кб.
Часть текста: вивисекции. Художник Роберт Горн, проживавший в Нью-Йорке, однажды завтракал со случайным знакомым - молодым физиологом. Разговор коснулся опытов над живыми зверьми. Физиолог, человек впечатлительный, еще не привыкший к лабораторным кошмарам, выразил мысль, что наука не только допускает изощренную жестокость к тем самым животным, которые в иное время возбуждают в человеке умиление своей пухлостью, теплотой, ужимками, но еще входит как бы в азарт - распинает живьем и кромсает куда больше особей, чем в действительности ей необходимо. "Знаете что, - сказал он Горну, - вот вы так славно рисуете всякие занятные штучки для журналов; возьмите-ка и пустите, так сказать, на волны моды какого-нибудь многострадального маленького зверя, например, морскую свинку. Придумайте к этим картинкам шуточные надписи, где бы этак вскользь, легко упоминалось о трагической связи между свинкой и лабораторией. Удалось бы, я думаю, не только создать очень своеобразный и забавный тип, но и окружить свинку некоторым ореолом модной ласки, что и обратило бы общее внимание на несчастную долю этой, в сущности, милейшей твари". "Не знаю, - ответил Горн, - они мне напоминают крыс. Бог с ними. Пускай пищат под скальпелем". Но как-то раз, спустя месяц после этой беседы, Горн в поисках темы для серии картинок, которую просило у него издательство иллюстрированного журнала, вспомнил совет чувствительного физиолога - и в тот же вечер легко и быстро родилась первая морская свинка Чипи. Публику сразу привлекло, мало что привлекло - очаровало, хитренькое выражение этих блестящих бисерных глаз, круглота форм, толстый задок и...
2. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 4. Размер: 23кб.
Часть текста: Первый (затем забранный в солдаты), или Иван Второй (додержавшийся до тех времен, когда я его посылал с романтическими поручениями), будил меня, смуглая мгла еще стояла за окнами, жужжало в ушах, поташнивало, и электрический свет в спальне резал глаза мрачным йодистым блеском. За какие-нибудь полчаса надобно было подготовить скрытый накануне от репетитора урок (о, счастливое время, когда я мог сфотографировать мозгом десять страниц в столько же минут!), выкупаться, одеться, побрекфастать. Таким образом утра мои были скомканы, и пришлось временно отменить уроки бокса и фехтованья с удивительно гуттаперчевым французом Лустало. Он продолжал приходить почти ежедневно, чтобы боксировать и биться на рапирах с моим отцом, и, проглотив чашку какао в столовой на нижнем этаже, я оттуда кидался, уже надевая пальто, через зеленую залу (где мандаринами и бором пахло так долго после Рождества), по направлению к "библиотечной", откуда доносились топот и шарканье. Там я находил отца, высокого, плотно сложенного человека, казавшегося еще крупнее в своем белом, стеганом тренировочном костюме и черной выпуклой решетчатой маске: он необыкновенно мощно фехтовал, передвигаясь то вперед, то назад по наканифоленному линолеуму, и возгласы проворного его противника-"Battez!", "Rompez!" - смешивались с лязгом рапир. Попыхивая, отец снимал маску с потного розового...
3. Артюр Рембо. Пьяный корабль
Входимость: 4. Размер: 5кб.
Часть текста: удел. И я,- который был, зимой недавней, глуше младенческих мозгов,- бежал на зов морской, и полуостровам, оторванным от суши, не знать таких боев и удали такой. Был штормом освящен мой водный первопуток. Средь волн, без устали влачащих жертв своих, протанцевал и я, как пробка, десять суток, не помня глупых глаз огней береговых. Вкусней, чем мальчику плоть яблока сырая, вошла в еловый трюм зеленая вода, меня от пятен вин и рвоты очищая и унося мой руль и якорь навсегда. И вольно с этих пор купался я в поэме кишащих звездами лучисто-млечных вод, где, очарованный и безучастный, время от времени ко дну утопленник идет, где, в пламенные дни, лазурь сквозную влаги окрашивая вдруг, кружатся в забытьи,- просторней ваших лир, разымчивее браги,- туманы рыжие и горькие любви. Я знаю небеса в сполохах, и глубины, и водоверть, и смерч, покой по вечерам, рассвет восторженный, как вылет голубиный, и видел я подчас, что мнится морякам; я видел низких зорь пятнистые пожары, в лиловых сгустках туч мистический провал, как привидения из драмы очень старой, волнуясь чередой, за валом веял вал, я видел снежный свет ночей зеленооких, лобзанья долгие медлительных морей, и ваш круговорот, неслыханные соки, и твой цветной огонь, о фосфор-чародей! По целым месяцам внимал я истерии скотоподобных волн при взятии скалы, не думая о том, что светлые Марии могли бы обуздать бодливые валы. Уж я ль не приставал к немыслимой Флориде,- где смешаны цветы с глазами, с пестротой пантер и тел людских и с радугами, в виде натянутых вожжей над зеленью морской! Брожения болот я видел,- словно мрежи,...
4. Машенька. (страница 5)
Входимость: 4. Размер: 30кб.
Часть текста: которую низко переступал плоский мост, ожидающий снова очередной гром вагонов. Дом был, как призрак, сквозь который можно просунуть руку, пошевелить пальцами. Стоя у окна в камере танцоров, Ганин поглядел на улицу: смутно блестел асфальт, черные люди, приплюснутые сверху, шагали туда и сюда, теряясь в тенях и снова мелькая в косом отсвете витрин. В супротивном доме, за одним незавешенным окном, в светлом янтарном провале виднелись стеклянные искры, золоченые рамы. Потом черная нарядная тень задернула шторы. Ганин обернулся. Колин протягивал ему рюмку, в которой дрожала водка. В комнате был бледноватый, загробный свет, оттого что затейливые танцоры обернули лампу в лиловый лоскуток шелка. Посередине, на столе, фиолетовым лоском отливали бутылки, блестело масло в открытых сардинных коробочках, был разложен шоколад в серебряных бумажках, мозаика колбасных долек, гладкие пирожки с мясом. У стола сидели: Подтягин, бледный и угрюмый, с бисером пота на тяжелом лбу; Алферов, в новеньком переливчатом галстуке; Клара, в неизменном своем черном платье, томная, раскрасневшаяся от дешевого апельсинного ликера. Горноцветов без пиджака, в нечистой шелковой рубашке с...
5. Другие берега. (глава 7)
Входимость: 4. Размер: 21кб.
Часть текста: жестяные и обобщенные, заводные поезда. Мать пробовала ее купить; увы, бельгиец-служащий был неумолим. Во время утренней прогулки с гувернанткой или воспитателем я всегда останавливался и молился на нее. Иметь в таком портативном виде, держать в руках так запросто вагон, который почти каждую осень нас уносил за границу, почти равнялось тому, чтобы быть и машинистом, и пассажиром, и цветными огнями, и пролетающей станцией с неподвижными фигурами, и отшлифованными до шелковистости рельсами, и туннелем в горах. Снаружи сквозь витрину модель была доступнее влюбленному взгляду, чем изнутри магазина, где мешали какие-то плакаты... Можно было разглядеть в проймах ее окон голубую обивку диванчиков, красноватую шлифовку и тисненую кожу внутренних стенок, вделанные в них зеркала, тюльпанообразные лампочки... Широкие окна чередовались с более узкими, то одиночными, то парными. В некоторых отделениях уже были сделаны на ночь постели. Тогдашний величественный Норд-Экспресс (после Первой мировой войны он уже был не тот), состоявший исключительно из таких же международных вагонов, ходил только два раза в неделю и доставлял пассажиров из Петербурга в Париж; я сказал бы, прямо в Париж, если бы не нужно было - о, не пересаживаться, а быть переводимым - в совершенно такой же коричневый состав на русско-немецкой границе (Вержболово-Эйдкунен), где бокастую русскую колею заменял узкий европейский путь, а березовые дрова -уголь. В памяти я могу распутать по крайней мере пять таких ...

© 2000- NIV