Cлово "НЕМЕЦКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: НЕМЕЦКОГО, НЕМЕЦКИМ, НЕМЕЦКИ, НЕМЕЦКОЙ

1. Дар. (страница 6)
Входимость: 8.
2. Бледное пламя. Комментарии (страница 8)
Входимость: 8.
3. Помощник режиссера
Входимость: 7.
4. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 7.
5. Дар. (страница 7)
Входимость: 7.
6. Защита Лужина. (глава 14)
Входимость: 7.
7. Дар. (страница 5)
Входимость: 6.
8. Память, говори (глава 3)
Входимость: 5.
9. Дар. (страница 2)
Входимость: 5.
10. Прозрачные вещи
Входимость: 5.
11. Дар
Входимость: 5.
12. Другие берега. (глава 13)
Входимость: 5.
13. Пнин. (глава 2)
Входимость: 4.
14. Дар. (страница 3)
Входимость: 4.
15. Дар. (страница 10)
Входимость: 4.
16. Под знаком незаконнорожденных. страница 6
Входимость: 4.
17. Случайность
Входимость: 4.
18. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 3.
19. Уста к устам
Входимость: 3.
20. Другие берега. (глава 7)
Входимость: 3.
21. Память, говори (глава 7)
Входимость: 3.
22. Защита Лужина. (глава 12)
Входимость: 3.
23. Облако, озеро, башня
Входимость: 3.
24. Память, говори (глава 14)
Входимость: 3.
25. Встреча
Входимость: 3.
26. Другие берега. (глава 10)
Входимость: 3.
27. Защита Лужина. (глава 4)
Входимость: 3.
28. Память, говори (глава 9)
Входимость: 3.
29. Памяти Л.И.Шигаева
Входимость: 3.
30. Совершенство
Входимость: 3.
31. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 2.
32. Пнин. (глава 6)
Входимость: 2.
33. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 2.
34. Лолита. (часть 2, главы 23-25)
Входимость: 2.
35. Под знаком незаконнорожденных. страница 3
Входимость: 2.
36. Соглядатай
Входимость: 2.
37. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 2.
38. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 9)
Входимость: 2.
39. Пнин. (глава 3)
Входимость: 2.
40. Дар. (страница 8)
Входимость: 2.
41. Камера Обскура. (страница 6)
Входимость: 2.
42. Защита Лужина. (глава 13)
Входимость: 2.
43. Билет
Входимость: 2.
44. Машенька. (страница 2)
Входимость: 2.
45. Под знаком незаконнорожденных. страница 12
Входимость: 2.
46. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 3)
Входимость: 2.
47. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 42)
Входимость: 2.
48. Дар. (страница 9)
Входимость: 2.
49. Машенька
Входимость: 2.
50. Приглашение на казнь. (страница 5)
Входимость: 2.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Дар. (страница 6)
Входимость: 8. Размер: 67кб.
Часть текста: - Сделайте мне тут надпись"; Федор Константинович книгу взял - и узнал в ней приятно потрепанный, приятно размягченный двухлетним пользованием (это было ему совершенно внове) сборничек своих стихов. Он очень медленно стал откупоривать пузырек с чернилами, - хотя в иные минуты, когда хотелось писать, пробка выскакивала, как из бутылки шампанского; Зина же, посмотрев на его теребившие пробку пальцы, поспешно добавила: "Только фамилью, - пожалуйста, только фамилью". Он расписался, хотел было поставить дату, но почему то подумал, что в этом она может усмотреть вульгарную многозначительность "Ну вот, спасибо", - сказала она и, дуя на страницу, вышла. Через день было воскресенье, и около четырех вдруг выяснилось, что она одна дома: он читал у себя, она была в столовой и изредка совершала короткие экспедиции к себе в комнату через переднюю, и при этом посвистывала, и в ее легком топоте была топографическая тайна, - ведь к ней прямо вела дверь из столовой. Но мы читаем и будем читать. "Долее, долее, как можно долее буду в чужой земле. И хотя мысли мои, мое имя, мои труды будут принадлежать России, но сам я, но бренный состав мой, будет удален от нее" (а вместе с тем, на прогулках в Швейцарии, так писавший, колотил перебегавших по тропе ящериц, - "чертовскую нечисть", - с брезгливостью хохла и злостью изувера). Невообразимое возвращение! Строй? Вот уж всг равно какой. При монархии - флаги да барабан, при республике - флаги да...
2. Бледное пламя. Комментарии (страница 8)
Входимость: 8. Размер: 62кб.
Часть текста: рядом с основным изображением вследствие отражения света от линз окуляра, когда на нее смотришь в телескоп. Строки 47-48 Вордсмит и Гольдсворт - перетасованные имена Вильяма Вордсворта (1770-1850) и Оливера Гольдсмита (1728-1774). Интересно отметить, что одну из своих поэм "Аббатство Тинтерн", посвященную бессмертию, Вордсворт сочинил во время прогулок по берегам реки Вай. Следует также учесть и то, что, работая в Корнельском университете, Набоков проводил занятия в учебном корпусе, называвшемся Голдвин Смит Холл (Goldwin Smith Hall). об остроумном обмене слогов, заставляющем вспомнить двух мастеров героического куплета - героическими куплетами писал лишь Гольдсмит, Вордсворт их избегал. wodnaggen - помимо поверхностной этимологии этого слова (англ. woоd - "дерево", а форма naggen, напоминающая шведскую, имеет значение "обшитый" (ср. нем. n(hen - "шить"). Маленков - Георгий Максимилианович (1902-1988), председатель Совета Министров СССР с 1953 по 1955 гг. земной мальчик - картина П. Пикассо...
3. Помощник режиссера
Входимость: 7. Размер: 35кб.
Часть текста: уж рукой подать до старенького европейского "Иллюзиона". Она была знаменитой певицей. Не опера, нет, даже не "Сельская честь". "La Slavska" звали ее французы. Стиль: десятая доля цыганщины, одна седьмая от русской бабы (каковой она и была изначально) и на пять девятых "расхожий", - под "расхожим" я разумею гоголь-моголь из поддельного фольклора, армейской мелодрамы и казенного патриотизма. Дроби, оставшейся незаполненной, довольно, полагаю, чтобы дать представление о физическом великолепии ее необыкновенного голоса. Выйдя из мест, бывших, по крайней мере географически, самым сердцем России, она с годами достигла больших городов - Москвы, Санкт-Петербурга, а там и Двора, где стиль этого рода весьма одобрялся. В артистической Федора Шаляпина висела ее фотография: осыпанный жемчугами кокошник, подпирающая щеку рука, спелые губы, слепящие зубы и неуклюжие каракули поперек: "Тебе, Федюша". Снежные звезды, являвшие, пока не оплывали края, свое симметрическое устройство, нежно ложились на плечи, на рукава, на шапки и на усы, ждущие в очереди открытия кассы. До самой смерти своей она пуще любых сокровищ берегла - или притворялась, что бережет, - затейливую медаль и громоздкую брошь, подаренную царицей. Сработавшая их ювелирная фирма наживала порядочные барыши, при всяком торжественном случае преподнося императорской чете ту или иную эмблему тяжеловесной державы (и что ни год - все более дорогую): скажем, аметистовую глыбу с утыканной рубинами бронзовой тройкой, застрявшей на вершине, словно Ноев ковчег на горе Арарат; или хрустальный шар величиною в арбуз, увенчанный золотым орлом с квадратными брильянтовыми глазами, очень похожими на Распутинские (много лет спустя Советы показали наименее символичные из этих поделок на Всемирной Выставке - в качестве образчиков своего процветающего искусства). Шло бы все так, как должно было по всем...
4. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 7. Размер: 56кб.
Часть текста: не представленное в Нью-Вае) и возвращался домой не спеша, в возвышенном расположении духа. Ни облачка не белело в заждавшихся небесах и, казалось, сама земля тихонько вздыхает по Господу нашему Иисусу Христу. В такие утра, солнечные и печальные, я каждой жилочкой ощущаю, что и для меня еще не закрыто Царствие Небесное, что и я могу обрести спасение, несмотря на мерзлую грязь и ужас в моем сердце. Поникнув главой, я поднимался по гравистой тропе, как вдруг совсем ясно услышал голос Шейда, словно стоящего за моей спиной, разговаривая громко, как бы с тугим на ухо собеседником, и этот голос сказал: "Придите вечером, Чарли". Я огляделся с трепетом и изумлением: я был совершенно один. Я позвонил немедля. Шейдов нет, сообщила нахальная служаночка, несносная вертихвостка, стряпавшая у них по воскресениям и несомненно мечтавшая, что в какой-нибудь вдовый денек старый поэт притиснет ее к груди. Я перезвонил через два часа, попал, как всегда, на Сибил, настоял на разговоре с другом (моих "весточек" ему никогда не передавали), залучил его к аппарату и как можно спокойней спросил, что он делал около полудня, когда я услышал его у себя в саду поющим, точно огромная птица. Он толком не помнил, попросил обождать минуту, да, он с Полем (кто таков, не знаю) играл в гольф или по крайности смотрел, как Поль играет с еще одним коллегой. Я закричал, что вечером должен видеть его, и сразу же беспричинно разрыдался, затопив аппарат и задохнувшись, - такого припадка со мной не случалось с 30 марта, когда мой Боб покинул меня. После суматошных переговоров между Шейдами Джон сказал: "Чарльз, послушайте. Давайте мы с...
5. Дар. (страница 7)
Входимость: 7. Размер: 81кб.
Часть текста: из-за плеча ее невидимое нам. Сонет - словно преграждающий путь, а может быть, напротив, служащий тайной связью, которая объяснила бы всг , - если бы только ум человеческий мог выдержать оное объяснение. Душа окунается в мгновенный сон, - и вот, с особой театральной яркостью восставших из мертвых, к нам навстречу выходят: с длинной тростию, в шелковой рясе гранатного колера, с вышитым поясом на большом животе о. Гавриил, и с ним, уже освещенный солнцем, весьма привлекательный мальчик розовый, неуклюжий, нежный. Подошли. Сними шляпу, Николя. Волосы с рыжинкой, веснушки на лобике, в глазах ангельская ясность, свойственная близоруким детям. Кипарисовы, Парадизовы, Златорунные не без удивления вспоминали потом (в тиши своих дальних и бедных приходов) его стыдливую красоту: херувим, увы, оказался наклееным на крепкий пряник; не всем пришедшийся по зубам. Поздоровавшись с нами, Николя вновь надевает шляпу - серенький пуховой цилиндр - и тихо отходит, очень миленький в своем домашне-сшитом сюртучке и нанковых брючках, - между тем как его отец, добрейший протоиерей, нечуждый садовничеству, занимает нас обсуждением саратовских вишень, слив, глив. Летучая знойная пыль застилает картину. Как неизменно отмечается в начале всех решительно писательских биографий, мальчик был пожирателем книг. Но отлично учился. "Государю твоему повинуйся, чти его и будь послушным законам", тщательно воспроизводил он первую пропись, и помятая подушечка указательного пальца так навсегда и осталась темною от чернил. Вот тридцатые годы кончились, пошли сороковые. В шестнадцать лет он довольно знал языки, чтобы читать Байрона, Сю и Ггте (до конца дней стесняясь варварского произношения); уже владел семинарской латынью, благо отец был человек образованный. Кроме того некто Соколовский занимался с ним по-польски, а местный торговец апельсинами преподавал ему персидский язык, - и соблазнял ...

© 2000- NIV