Cлово "ЭМИГРАНТСКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЭМИГРАНТСКОЙ, ЭМИГРАНТСКИХ, ЭМИГРАНТСКУЮ, ЭМИГРАНТСКИЕ, ЭМИГРАНТСКОМ

1. Память, говори (глава 14)
Входимость: 10.
2. Примечания к стихам из разных сборников
Входимость: 4.
3. Смотри на Арлекинов! (страница 2)
Входимость: 4.
4. Дар
Входимость: 3.
5. Память, говори (глава 2)
Входимость: 3.
6. Защита Лужина. (глава 5)
Входимость: 3.
7. Помощник режиссера
Входимость: 2.
8. Пнин. (глава 2)
Входимость: 2.
9. Пнин. (глава 7)
Входимость: 2.
10. Встреча
Входимость: 2.
11. Память, говори (глава 13)
Входимость: 2.
12. Другие берега. (глава 13)
Входимость: 2.
13. Защита Лужина. (глава 14)
Входимость: 2.
14. Дар. (страница 5)
Входимость: 2.
15. Память, говори (глава 9)
Входимость: 2.
16. Смотри на Арлекинов! (страница 4)
Входимость: 2.
17. Другие берега. (глава 2)
Входимость: 2.
18. Дар. (страница 6)
Входимость: 1.
19. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 1.
20. Память, говори (глава 4)
Входимость: 1.
21. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 19)
Входимость: 1.
22. Лолита. (часть 2, главы 14-16)
Входимость: 1.
23. Пнин. (глава 6)
Входимость: 1.
24. Отчаяние. (глава 9)
Входимость: 1.
25. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе
Входимость: 1.
26. Посещение музея
Входимость: 1.
27. Пнин. (глава 3)
Входимость: 1.
28. Память, говори (глава 12)
Входимость: 1.
29. О Ходасевиче (эссе)
Входимость: 1.
30. Слава
Входимость: 1.
31. Защита Лужина. (глава 13)
Входимость: 1.
32. Пнин. (глава 5)
Входимость: 1.
33. Память, говори
Входимость: 1.
34. Машенька. (страница 3)
Входимость: 1.
35. Дар. (страница 9)
Входимость: 1.
36. Машенька
Входимость: 1.
37. Смотри на Арлекинов!
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Память, говори (глава 14)
Входимость: 10. Размер: 36кб.
Часть текста: всего лишь природную спиральность вещей в отношении ко времени. Завои следуют один за другим, и каждый синтез представляет тезис следующей серии. Возьмем простейшую спираль, в которой можно различить три элемента, или загиба, отвечающие элементам триады: назовем “тезисом” первую дугу, с которой спираль начинается в некоем центре; “антитезисом” – дугу покрупнее, которая противополагается первой, продолжая ее; а “синтезом” дугу еще более крупную, которая продолжает вторую, заворачиваясь вдоль наружной стороны первого загиба. И так далее. Цветная спираль в стеклянном шарике – вот какой я вижу мою жизнь. Двадцать лет, проведенных в родной России (1899­1919), это дуга тезиса. Двадцать один год добровольного изгнания в Англии, Германии и Франции (1919­1940) – очевидный антитезис. Годы, которые я провел на новой моей родине (1940­1960), образуют синтез – и новый тезис. Сейчас моим предметом является антитезис, а точнее – моя европейская жизнь после окончания (в 1922-ом) Кембриджа. Оглядываясь на эти годы изгнанничества, я вижу себя и тысячи других русских людей, ведущими несколько странную, но не лишенную приятности, жизнь в вещественной нищете и духовной неге, среди не играющих ровно никакой роли иностранцев, призрачных немцев и французов, в чьих, не столь иллюзорных, городах нам, изгнанникам, доводилось жить. Глазам разума туземцы эти представлялись прозрачными, плоскими фигурами, вырезанными из целлофана, и хотя мы пользовались их изобретениями, аплодировали их клоунам, рвали росшие при их дорогах сливы и яблоки, между ними и нами не было и подобия...
2. Примечания к стихам из разных сборников
Входимость: 4. Размер: 52кб.
Часть текста: Владимир Набоков. Стихи. Ардис, Анн Арбор, 1979. Предисловие Этот сборник - почти полное собрание стихов, написанных Владимиром Набоковым. Не вошли в него только, во-первых, совсем ранние произведения, во-вторых такие, которые по форме и содержанию слишком похожи на другие и, в третьих, такие, в которых он находил формальные недостатки. Отбор был сделан самим автором. Он собирался сделать еще один, более строгий смотр, но не успел. Теперь, посылая этот сборник в печать, хочу обратить внимание читателя на главную тему Набокова. Она, кажется, не была никем отмечена, а между тем ею пропитано все, что он писал; она, как некий водяной знак, символизирует все его творчество. Я говорю о "потусторонности", как он сам ее назвал в своем последнем стихотворении "Влюбленность". Тема эта намечается уже в в таких ранних произведениях Набокова, как "Еще безмолвствую и крепну я в тиши...", просвечивает в "Как я люблю тебя" ("...и в вечное пройти украдкою насквозь"), в "Вечере на пустыре" ("...оттого что закрыто неплотно, и уже невозможно отнять..."), и во многих других его произведениях. Но ближе всего он к ней подошел в стихотворении "Слава", где он определил ее совершенно откровенно как тайну, которую носит в душе и выдать которую не должен и не может. Этой тайне он был причастен много лет, почти не сознавая ее, и это она давала ему его невозмутимую жизнерадостность и ясность даже при самых тяжелых переживаниях и делала его совершенно неуязвимым для всяких самых глупых или злостных нападок. "Эта тайна та-та, та-та-та-та, та-та, а точнее сказать я не вправе." Чтобы еще точнее понять, о чем идет речь, предлагаю читателю ознакомиться с описанием Федором Годуновым-Чердынцевым своего отца в романе "Дар" (стр. 130, второй абзац, и продолжение на стр. 131). Сам Набоков считал, что все его стихи распадаются на несколько...
3. Смотри на Арлекинов! (страница 2)
Входимость: 4. Размер: 32кб.
Часть текста: пляжной плоти. Я перевел для нее несколько стихотворений Пушкина и Лермонтова, перефразировав их и слегка подправив для пущего впечатления. Я с драматическими подробностями рассказал ей о своем бегстве с родины. Я упомянул великих изгнанников прошлого. Она слушала меня, как Дездемона. - Мне бы хотелось выучить русский, - говорила она с вежливым сожалением, что так идет к этому признанию. - У меня тетя родилась почти что в Киеве и еще в семьдесят пять помнила несколько русских и румынских слов, но я - жалкий лингвист. А как по-вашему "eucalypt"? - Эвкалипт. - О! хорошее вышло бы имя для героя рассказа. "F. Clipton". У Уэллса был "м-р Сноукс", оказавшийся производным от "Seven Oaks". Я обожаю Уэллса, а вы? Я сказал, что он величайший романтик и маг нашего времени, но что я не перевариваю его социологической муры. Она тоже. А помню я, что сказал Стефен в "Страстных друзьях", когда выходил из комнаты - из бесцветной комнаты, в которой ему позволили напоследок повидаться с любимой? - На это я ответить могу. Там мебель была в чехлах, и он сказал: "Это от мух". - Да! Чудно, правда? Просто пробурчать что-нибудь, только бы не заплакать. Напоминает кого-то из старых мастеров, написавшего слепня на руке у своей сестры, чтобы...
4. Дар
Входимость: 3. Размер: 65кб.
Часть текста: при котором "Дар" могли бы читать в России. Я жил тогда в Берлине с 1922-го года, т. е. одновременно с юным героем моей книги. Однако ни это обстоятельство, ни то, что у меня с ним есть некоторые общие интересы, как например, литература и чешуекрылые, ничуть не означает, что читатель должен воскликнуть "ага" и соединить творца и творение. Я не Федор Годунов-Чердынцев и никогда им не был; мой отец не был исследователем Средней Азии (которым я сам еще может быть когда-нибудь буду). Никогда я не ухаживал за Зиной Мерц; и меня нисколько не тревожило существование поэта Кончеева, или какого-либо другого писателя. Кстати, именно в Кончееве, да еще в другом случайном персонаже, беллетристе Владимирове, различаю некоторые четры себя самого, каким я был в 1925-м году. В те дни, когда я работал над этой книгой, у меня не было еще той хватки, которая позволила бы мне воссоздать эмигрантскую колонию столь радикально и беспощадно, как я это делывал в моих позднейших английских романах в отношении той или иной среды. История то тут, то там просвечивает сквозь искусство. Отношение Федора к Германии отражает быть может слишком примитивное и безрассудное презрение, которое русские эмигранты питали к "туземцам" (Берлина, Парижа или Праги). К тому же у моего молодого человека это усугубляется влиянием омерзительной диктатуры, принадлежащей к эпохе, когда роман писался, а не к той, которая в нем фрагментарно отразилась. Грандиозный отлив интеллигенции, составлявшей такую значительную часть общего исхода из Советской России в первые годы большевистской революции, кажется ныне скитанием какого-то баснословного племени, следы гаданий которого по птицам и по луне я теперь высвобождаю из песка пустыни. Нас не...
5. Память, говори (глава 2)
Входимость: 3. Размер: 32кб.
Часть текста: или русские фразы, даже не ко мне обращенные и содержания столь плоского, что не решаюсь привести пример, дабы не заострить в передаче смыслом их тупость. Дурацкое это явление представляется звуковым эквивалентом некоторых предсонных видений, также хорошо мне знакомых. Я имею в виду не яркий мысленный образ (любимое лицо умершего родителя, например), вызываемый в воображении мощно ударившей крылами волей – одним из самых героических усилий, на какие способен человеческий дух. Не говорю я и о так называемых muscae volitantes– тенях, отбрасываемых на палочки сетчатки микроскопическими пылинками в стеклянистой жидкости глаза, проплывающими по зрительному полю прозрачными паутинками. Ближе к ним, к этим гипнотическим миражам, о которых идет речь, красочная рана продленного впечатления, которую наносит, прежде чем пасть, свет только что отсеченной лампы. Особого толчка, однако, не нужно для появления этих призраков, медленно и ровно развивающихся перед моими закрытыми глазами. Их движение и смена происходят без всякого участия наблюдателя, и в сущности отличаются от сновидений только тем, что он все еще вполне владеет своими чувствами. Они подчас уродливы: привяжется, ...

© 2000- NIV