Cлово "МЯГКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: МЯГКО, МЯГКИЕ, МЯГКОЙ, МЯГКАЯ

1. Машенька. (страница 3)
Входимость: 10.
2. Король, дама, валет
Входимость: 7.
3. Машенька. (страница 2)
Входимость: 7.
4. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 5.
5. Сказка
Входимость: 5.
6. Картофельный эльф
Входимость: 5.
7. Король, дама, валет. (глава 5)
Входимость: 5.
8. Защита Лужина. (глава 10)
Входимость: 5.
9. Машенька. (страница 5)
Входимость: 4.
10. Защита Лужина. (глава 11)
Входимость: 4.
11. Пнин. (глава 6)
Входимость: 4.
12. Дар. (страница 3)
Входимость: 4.
13. Камера Обскура. (страница 6)
Входимость: 4.
14. Память, говори (глава 8)
Входимость: 4.
15. Подлец
Входимость: 4.
16. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 10)
Входимость: 4.
17. Волшебник
Входимость: 4.
18. Защита Лужина. (глава 14)
Входимость: 4.
19. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 4.
20. Машенька
Входимость: 4.
21. Случайность
Входимость: 4.
22. Бахман
Входимость: 4.
23. Дар. (страница 6)
Входимость: 3.
24. Лолита. (часть 2, главы 10-13)
Входимость: 3.
25. Дар. (страница 2)
Входимость: 3.
26. Под знаком незаконнорожденных
Входимость: 3.
27. Приглашение на казнь. (страница 3)
Входимость: 3.
28. Приглашение на казнь. (страница 2)
Входимость: 3.
29. Защита Лужина. (глава 9)
Входимость: 3.
30. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 3)
Входимость: 3.
31. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 9)
Входимость: 3.
32. Камера Обскура
Входимость: 3.
33. Пнин. (глава 3)
Входимость: 3.
34. Дар. (страница 4)
Входимость: 3.
35. Подвиг. (страница 3)
Входимость: 3.
36. Приглашение на казнь
Входимость: 3.
37. Память, говори (глава 10)
Входимость: 3.
38. Под знаком незаконнорожденных. страница 10
Входимость: 3.
39. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 5)
Входимость: 3.
40. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 42)
Входимость: 3.
41. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 3.
42. Подвиг. (страница 9)
Входимость: 3.
43. Король, дама, валет. (глава 2)
Входимость: 3.
44. Рождество
Входимость: 3.
45. Смотри на Арлекинов!
Входимость: 3.
46. Подвиг. (страница 6)
Входимость: 3.
47. Камера Обскура. (страница 4)
Входимость: 3.
48. Отчаяние. (глава 5)
Входимость: 2.
49. Лебеда
Входимость: 2.
50. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 13)
Входимость: 2.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Машенька. (страница 3)
Входимость: 10. Размер: 42кб.
Часть текста: Спустя несколько минут он его опять вынул, повертел в руках и кинул на стол. Потом прошелся раза два по комнате. Все двери пансиона были открыты. Звуки утренней уборки мешались с шумом поездов, которые, пользуясь сквозняками, прокатывали по всем комнатам. Ганин, остававшийся по утрам дома, обычно сам выметал сор, стелил постель. Он теперь спохватился, что второй день не убирал комнаты, и вышел в коридор в поисках щетки и тряпки. Лидия Николаевна с ведром в руке шуркнула мимо него, как мышь, и на ходу спросила: "Вам Эрика передала письмо?" Ганин молча кивнул и взял половую щетку, лежавшую на дубовом бауле. В зеркале прихожей он увидел отраженную глубину комнаты Алферова, дверь которой была настежь открыта. В этой солнечной глубине - день был на диво погожий - косой конус озаренной пыли проходил через угол письменного стола, и он с мучительной ясностью представил себе те фотографии, которые сперва ему показывал Алферов, и которые он потом с таким волненьем рассматривал один, когда помешала ему Клара. На этих снимках Машенька была совсем такой, какой он ее помнил, и теперь страшно было подумать, что его прошлое лежит в чужом столе. В зеркале отраженье захлопнулось: это Лидия Николаевна, мышиными шажками просеменив по коридору, толкнула открытую дверь. Ганин со щеткой в руке вернулся в свою комнату. На столе лежало сиреневое пятно. Он вспомнил по быстрому сочетанью мыслей, вызванных этим пятном и отраженьем стола в зеркале, те другие, очень старые письма, что хранились у него в черном бумажнике, лежащем рядом с крымским браунингом, на дне ...
2. Король, дама, валет
Входимость: 7. Размер: 27кб.
Часть текста: за другим, начнут проходить, унося, подобно равнодушным атлантам, вокзальный свод; потянется платформа, увозя в неведомый путь окурки, билетики, пятна солнца, плевки; не вращая вовсе колесами, проплывет железная тачка; книжный лоток, увешанный соблазнительными обложками,- фотографиями жемчужно-голых красавиц,- пройдет тоже; и люди, люди, люди на потянувшейся платформе, переставляя ноги и все же не подвигаясь, шагая вперед и все же пятясь,- как мучительный сон, в котором есть и усилие неимоверное, и тошнота, и ватная слабость в икрах, и легкое головокружение,- пройдут, отхлынут, уже замирая, уже почти падая навзничь... Больше женщин, чем мужчин,- как это всегда бывает среди провожающих... Сестра Франца, такая бледная в этот ранний час, нехорошо пахнущая натощак, в клетчатой пелерине, какой, небось, не носят в столице,- и мать, маленькая, круглая, вся в коричневом, как плотный монашек. Вот запорхали платки. И отошли не только они,- эти две знакомые улыбки,-тронулся не только вокзал, с лотком, тачкой, белым продавцом слив и сосисок,- тронулся и старый городок в розоватом тумане осеннего утра: каменный курфюрст на площади, землянично-темный собор, поблескивающие вывески, цилиндр, рыба, медное блюдо парикмахера... Теперь уж не остановить. Понесло! Торжественно едут дома, хлопают занавески в открытых окнах родного дома, потрескивают полы, скрипят стены, сестра и мать пьют на быстром сквозняке утренний кофе, мебель вздрагивает от учащающихся толчков,- все скорее, все таинственнее едут дома, собор, площадь, переулки... И хотя уже давно мимо вагонного окна развертывались поля в золотистых заплатах, Франц еще ощущал, как отъезжает городишко, где он прожил двадцать лет. В деревянном, еще...
3. Машенька. (страница 2)
Входимость: 7. Размер: 36кб.
Часть текста: высыпали одна за другой над черной крышей, семенили гуськом и разом пропадали во тьме. "Неужели... это... возможно..." - огненным осторожным шепотом проступали буквы, и ночь одним бархатным ударом смахивала их. "Неужели... это..." - опять начинали они, крадясь по небу. И снова наваливалась темнота. Но они настойчиво разгорались и наконец, вместо того чтобы исчезнуть сразу, остались сиять на целых пять минут, как и было условлено между бюро электрических реклам и фабрикантом. Впрочем, черт его знает, что на самом деле играло там, в темноте, над домами, световая ли реклама или человеческая мысль, знак, зов, вопрос, брошенный в небо и получающий вдруг самоцветный, восхитительный ответ. А по улицам, ставшим широкими, как черные блестящие моря, в этот поздний час, когда последний кабак .закрывается, и русский человек, забыв о сне, без шапки, без пиджака, под старым макинтошем, как ясновидящий, вышел на улицу блуждать,- в этот поздний час, по этим широким улицам, расхаживали миры друг Другу неведомые,- не гуляка, не женщина, не просто прохожий,- а наглухо заколоченный мир, полный чудес и преступлении. Пять извозчичьих пролеток стояли вдоль бульвара рядом с огромным...
4. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 5. Размер: 29кб.
Часть текста: монахи-доминиканцы). Свет ударил в ее коренастый зонтик с черепаховой ручкой, что стоял, откачнувшись от его большого зонта, оставленного не у дел. Он стянул оставшуюся перчатку, избавился от пальто и повесил на колышек фетровую широкополую черную шляпу. Широкополая черная шляпа, утратившая ощущение дома свалилась с колышка и была оставлена там, где легла. Он прошел широким длинным коридором, стены которого заливало, выплеснувшись из его кабинета, черное масло картин; все, что они показывали, - это трещины вслепую отраженного света. Резиновый мячик размером с большой апельсин спал на полу. Он вошел в столовую. Тарелка с холодным языком, украшенным ломтиками огурца, и румяная щечка сыра тихо ожидали его. Замечательный все-таки у этой женщины слух. Она выскользнула из своей комнаты рядом с детской и присоединилась к Кругу. Звали ее Клодиной, последнюю неделю она оставалась единственной прислугой в хозяйстве Круга: повар покинул дом, не одобряя того, что он очень точно назвал "подрывной атмосферой". - Слава Богу, - сказала она, - вы вернулись домой невредимым. Хотите горячего чаю? Он потряс головой, повернув к ней спину и тыкаясь рядом с буфетом, словно отыскивая что-то. - Как сегодня мадам? - спросила она. Не отвечая, столь же медленно и неловко он добрался до так и не пригодившейся никогда турецкой гостиной, и перейдя ее,...
5. Сказка
Входимость: 5. Размер: 25кб.
Часть текста: фантазии... Эрвин хорошо это знал. В трамвае он садился всегда по правую руку.- чтобы ближе быть к тротуару. Ежедневно, дважды в день, в трамвае, который вез его на службу и со службы обратно, Эрвин смотрел в окно и набирал гарем. Один тротуар он разрабатывал утром, когда ехал на службу, другой - под вечер, когда возвращался,- и сперва один, потом другой купался в солнце, так как солнце тоже ехало и возвращалось. Нужно иметь в виду, что только раз за свою жизнь Эрвин подошел на улице к женщине,- и эта женщина тихо сказала: "Как вам не стыдно... Подите прочь". С тех пор он избегал разговоров с ними. Зато, отделенный от тротуара стеклом, прижав к ребрам черный портфель и вытянув ногу в задрипанной полосатой штанине под супротивную лавку,- Эрвин смело, свободно смотрел на проходивших женщин,- и вдруг закусывал губу; это значило- новая пленница; и тотчас он оставлял ее, и его быстрый взгляд, прыгавший, как компасная стрелка, уже отыскивал следующую. Они были далеко от него, и потому хмурая робость не примешивалась к наслаждению выбора. Если же случалось, что миловидная женщина садилась против него, он втягивал ногу из-под лавки со всеми признаками досады- не свойственной, впрочем, его очень юным летам,- и потом не мог решиться посмотреть в лицо этой женщины,- вот тут, в лобных костях, над бровями, так и ломило от робости,- словно сжимал голову железный шлем, не давал поднять глаза,- и какое это было облегчение, когда она поднималась и шла к выходу. Тогда, в притворном рассеянии, он оборачивался, хапал взглядом ее прелестный затылок, шелковые икры,- и приобщал ее к своему несуществующему гарему. И потом снова ...

© 2000- NIV