Cлово "НЕЛОВКИЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: НЕЛОВКО, НЕЛОВКИМ, НЕЛОВКОЕ, НЕЛОВКИМИ

1. Подлец
Входимость: 6.
2. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 4.
3. Соглядатай
Входимость: 4.
4. Волшебник
Входимость: 4.
5. Дар. (страница 6)
Входимость: 3.
6. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 3.
7. Машенька. (страница 3)
Входимость: 3.
8. Машенька
Входимость: 3.
9. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 3.
10. Король, дама, валет. (глава 4)
Входимость: 2.
11. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 2.
12. Уста к устам
Входимость: 2.
13. Обида
Входимость: 2.
14. Дар. (страница 2)
Входимость: 2.
15. Прозрачные вещи
Входимость: 2.
16. Пнин. (глава 7)
Входимость: 2.
17. Лолита. (часть 1, главы 3-6)
Входимость: 2.
18. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 17)
Входимость: 2.
19. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 2.
20. Память, говори (глава 14)
Входимость: 2.
21. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 11)
Входимость: 2.
22. Приглашение на казнь. (страница 4)
Входимость: 2.
23. Подвиг. (страница 3)
Входимость: 2.
24. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 2.
25. Другие берега. (глава 12)
Входимость: 2.
26. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 3)
Входимость: 2.
27. Отчаяние. (глава 5)
Входимость: 1.
28. Машенька. (страница 5)
Входимость: 1.
29. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 13)
Входимость: 1.
30. Знаки и символы
Входимость: 1.
31. Король, дама, валет. (глава 3)
Входимость: 1.
32. Король, дама, валет
Входимость: 1.
33. * * * ("Карлик безрукий во фраке")
Входимость: 1.
34. Событие. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 1.
35. Другие берега. (глава 8)
Входимость: 1.
36. Помощник режиссера
Входимость: 1.
37. Под знаком незаконнорожденных
Входимость: 1.
38. Защита Лужина. (глава 2)
Входимость: 1.
39. Пнин. (глава 6)
Входимость: 1.
40. Пильграм
Входимость: 1.
41. Приглашение на казнь. (страница 3)
Входимость: 1.
42. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 1.
43. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 1.
44. Король, дама, валет. (глава 9)
Входимость: 1.
45. Дар. (страница 3)
Входимость: 1.
46. Под знаком незаконнорожденных. страница 3
Входимость: 1.
47. Пассажир
Входимость: 1.
48. Король, дама, валет. (глава 11)
Входимость: 1.
49. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 9)
Входимость: 1.
50. Дар. (страница 8)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Подлец
Входимость: 6. Размер: 51кб.
Часть текста: Св. Марка, черт знает где, в Моабите, что ли. Курдюмовы так и остались бедняками, а он и Берг с тех пор несколько разбогатели; теперь, когда в витрине магазина мужских вещей появлялся галстук, дымно цветистый,- скажем, как закатное облако,- сразу в дюжине экземпляров, и точь-в-точь таких же цветов платки,- тоже в дюжине экземпляров,- то Антон Петрович покупал этот модный галстук и модный платок, и каждое утро, по дороге в банк, имел удовольствие встречать тот же галстук и тот же платок у двух-трех господ, как и он, спешащих на службу. С Бергом одно время у него были дела, Берг был необходим. Берг звонил ему по телефону раз пять в день, Берг стал бывать у них,- и острил, острил,- боже мой, как он любил острить. При первом его посещении, Таня, жена Антона Петровича, нашла, что он похож на англичанина и очень забавен. "Антон, здравствуй!" - рявкал Берг, топыря пальцы и сверху, с размаху, по русскому обычаю, коршуном налетая на его руку и крепко пожимая ее. Был Берг плечист, строен, чисто выбрит, и сам про себя говорил, что похож на мускулистого ангела. Антону Петровичу он однажды показал старую, черную записную книжку: страницы были сплошь покрыты крестиками, и таких крестиков было ровным счетом пятьсот двадцать три. "Времен Деникина и покоренья Крыма,- усмехнулся Берг и спокойно добавил: - Я считал, конечно, только тех, которых бил наповал". И то, что Берг бывший офицер, вызывало в Антоне Петровиче зависть, и он не любил, когда Берг при Тане рассказывал о конных разведках и ночных атаках. Сам он был коротконог, кругловат и носил монокль, который в свободное время, когда не был ввинчен в глазницу, висел на черной ленточке, а когда Антон Петрович сидел развалясь, блестел, как глупый глаз, у него на брюшке. Фурункул, вырезанный два года тому назад, оставил на левой щеке...
2. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 4. Размер: 34кб.
Часть текста: подъ ногами, онъ повисалъ на рукахъ, и приходилось мучительно подтягиваться вверхъ. Онъ уже почти достигъ вершины, когда вдругъ поскользнулся и началъ съeзжать, цeпляясь за кустики жесткихъ цвeтовъ, не удержался, почувствовалъ жгучую боль, оттого, что колeномъ проскребъ по скалe, попытался обнять скользящую вверхъ крутизну, и вдругъ что-то спасительное толкнуло его подъ подошвы. Онъ оказался, на выступe скалы, на каменномъ карнизe, который справа суживался и сливался со скалой, а съ лeвой стороны тянулся {100} саженей на пять, заворачивалъ за уголъ, и что съ нимъ было дальше - неизвeстно. Карнизъ напоминалъ бутафорiю кошмаровъ. Мартынъ стоялъ, плотно прижавшись къ отвeсной скалe, по которой грудью проeхался, и не смeлъ отлeпиться. Съ натугой посмотрeвъ черезъ плечо, онъ увидeлъ чудовищный обрывъ, сiяющую, солнечную пропасть, и въ глубинe панику отставшихъ елокъ, бeгомъ догоняющихъ спустившiйся боръ, а еще ниже - крутые луга и крохотную, ярко-бeлую гостиницу. "Ахъ, вотъ ея назначенiе, - суевeрно подумалъ Мартынъ. - Сорвусь, погибну, вотъ она и смотритъ. Это... Это..." Одинаково ужасно было смотрeть туда, въ пропасть, и наверхъ, на отвeсную скалу. Полка, шириной съ книжную, подъ ногами и бугристое мeсто на скалe, куда вцeпились пальцы, было все, что оставалось Мартыну отъ прочнаго мiра, къ которому онъ привыкъ. Онъ почувствовалъ слабость, мутность, тошный страхъ, - но вмeстe съ тeмъ странно-отчетливо видeлъ себя, какъ бы со стороны, въ открытой фланелевой рубашкe и...
3. Соглядатай
Входимость: 4. Размер: 110кб.
Часть текста: о чем с детьми говорить, как держаться. Их было двое, мальчишки. Я чувствовал в их присутствие унизительное стеснение. Они вели счет моим папиросам, и это их ровное любопытство так на меня действовало, что я странно, на отлете, держал папиросу, словно впервые курил, и все ронял пепел к себе на колени, и тогда их ясный взгляд внимательно переходил с моей дрожащей руки на бледно-серую, уже размазанную по ворсу пыльцу. Матильда бывала в гостях у их родителей и постоянно оставалась ужинать. Как-то раз шумел проливной дождь, ей дали зонтик, и она сказала: "Вот и отлично, большое спасибо, молодой человек меня проводит и принесет зонт обратно". С тех пор вошло в мои обязанности ее провожать. Она, пожалуй, нравилась мне, эта разбитная, полная, волоокая дама с большим ртом, который собирался в комок, когда она, пудрясь, смотрелась в зеркальце. У нее были тонкие лодыжки, легкая поступь, за которую многое ей прощалось. От нее исходило щедрое тепло, как только она появлялась, мне уже мнилось, что в комнате жарко натоплено, и, когда, отведя восвояси эту большую живую печь, я возвращался один среди чмоканья ртутного блеска безжалостной ночи, было мне холодно, холодно до омерзения. Потом приехал из Парижа ее муж и стал с ней бывать в гостях вместе, - муж как муж, я мало на него обратил внимание, только заметил его манеру коротко и гулко откашливаться в кулак, перед тем как заговорить, и тяжелую, черную, с блестящим набалдашником трость, которой он постукивал об пол, пока Матильда, восторженно захлебываясь, превращала прощание с хозяйкой в многословный монолог. Муж, спустя месяц, отбыл, и в первую же ночь, что я снова провожал Матильду, она...
4. Волшебник
Входимость: 4. Размер: 83кб.
Часть текста: думалось. - Ведь это не блуд. Грубый разврат всеяден; тонкий предполагает пресыщение. Но если и было у меня пять-шесть нормальных романов, чтО бледная случайность их по сравнению с моим единственным пламенем? Так как же? Не математика же восточного сластолюбия: нежность добычи обратно пропорциональна возрасту. О нет, это для меня не степень общего, а нечто совершенно отдельное от общего; не более драгоценное, а бесценное. Что же тогда? Болезнь, преступность? Но совместимы ли с ними совесть и стыд, щепетильность и страх, власть над собой и чувствительность - ибо и в мыслях допустить не могу, что причиню боль или вызову незабываемое отвращение. Вздор; я не растлитель. В тех ограничениях, которые ставлю мечтанию, в тех масках, которые придумываю ему, когда, в условиях действительности, воображаю незаметнейший метод удовлетворения страсти, есть спасительная софистика. Я карманный вор, а не взломщик. Хотя, может быть, на круглом острове, с маленькой Пятницей (не просто безопасность, а права одичания, или это - порочный круг с пальмой в центре?). Рассудком зная, что Эвфратский абрикос вреден только в консервах; что грех неотторжим от гражданского быта; что у всех гигиен есть свои гиены; зная, кроме того, что этот самый рассудок не прочь опошлить то, что иначе ему не дается... Сбрасываю и поднимаюсь выше. ЧтО, если прекрасное именно-то и доступно сквозь тонкую оболочку, то есть пока она еще не затвердела, не заросла, не утратила аромата и мерцания, через которые проникаешь к дрожащей звезде прекрасного? Ведь даже и в этих пределах я изысканно разборчив: далеко не всякая школьница...
5. Дар. (страница 6)
Входимость: 3. Размер: 67кб.
Часть текста: и всг восстанавливалось, и он снова понимал, что, не будь ее, не было бы этого утреннего тумана счастья. Как-то, спустя дней десять после знакомства, она вдруг вечером постучалась к нему и надменно-решительным шагом, с почти презрительным выражением на лице, вошла, держа в руке небольшую, спрятанную в розовой обертке, книгу. "У меня к вам просьба, - сказала она быстро и сухо. - Сделайте мне тут надпись"; Федор Константинович книгу взял - и узнал в ней приятно потрепанный, приятно размягченный двухлетним пользованием (это было ему совершенно внове) сборничек своих стихов. Он очень медленно стал откупоривать пузырек с чернилами, - хотя в иные минуты, когда хотелось писать, пробка выскакивала, как из бутылки шампанского; Зина же, посмотрев на его теребившие пробку пальцы, поспешно добавила: "Только фамилью, - пожалуйста, только фамилью". Он расписался, хотел было поставить дату, но почему то подумал, что в этом она может усмотреть вульгарную многозначительность "Ну вот, спасибо", - сказала она и, дуя на страницу, вышла. Через день было воскресенье, и около четырех вдруг выяснилось, что она одна дома: он читал у себя, она была в столовой и изредка совершала короткие экспедиции к себе в комнату через переднюю, и при этом посвистывала, и в ее легком топоте была ...

© 2000- NIV