Cлово "ОЛЬГА, ОЛЬГИ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ОЛЬГУ, ОЛЬГЕ, ОЛЬГОЙ

1. Красавица
Входимость: 14.
2. Дар. (страница 8)
Входимость: 12.
3. Дар. (страница 7)
Входимость: 10.
4. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 9.
5. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 7.
6. Адмиралтейская игла
Входимость: 6.
7. Под знаком незаконнорожденных. страница 12
Входимость: 5.
8. Подвиг. (страница 6)
Входимость: 4.
9. Под знаком незаконнорожденных. страница 10
Входимость: 3.
10. Под знаком незаконнорожденных. страница 5
Входимость: 3.
11. Память, говори (глава 3)
Входимость: 2.
12. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 2.
13. Подвиг. (страница 3)
Входимость: 2.
14. Звонок
Входимость: 2.
15. Под знаком незаконнорожденных. страница 9
Входимость: 2.
16. Под знаком незаконнорожденных. страница 6
Входимость: 2.
17. Отрывки, наброски пьес.
Входимость: 2.
18. Пнин. (глава 5)
Входимость: 2.
19. Под знаком незаконнорожденных. страница 8
Входимость: 2.
20. Подвиг. (страница 9)
Входимость: 2.
21. Камера Обскура. (страница 3)
Входимость: 2.
22. Пнин. (глава 6)
Входимость: 1.
23. Другие берега. (глава 7)
Входимость: 1.
24. Пнин. (глава 2)
Входимость: 1.
25. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 1.
26. Дар. (страница 3)
Входимость: 1.
27. Под знаком незаконнорожденных. страница 3
Входимость: 1.
28. Дар. (страница 10)
Входимость: 1.
29. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 9)
Входимость: 1.
30. Память, говори (глава 10)
Входимость: 1.
31. Память, говори (глава 6)
Входимость: 1.
32. Подвиг. (страница 7)
Входимость: 1.
33. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 1.
34. Другие берега. (глава 3)
Входимость: 1.
35. Память, говори (глава 2)
Входимость: 1.
36. Подлинная жизнь Себастьяна Найта
Входимость: 1.
37. Память, говори (глава 5)
Входимость: 1.
38. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 1.
39. Подвиг. (страница 10)
Входимость: 1.
40. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 25)
Входимость: 1.
41. Под знаком незаконнорожденных. страница 11
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Красавица
Входимость: 14. Размер: 10кб.
Часть текста: Все было в полном согласии с эпохой: мать умерла от тифа, брата расстреляли,- готовые формулы, конечно, надоевший говорок,- а ведь все это было, было, иначе не скажешь,- нечего нос воротить. Итак, в 1919 году перед нами взрослая барышня, с большим бледным лицом, перестаравшимся в смысле правильности, но все-таки очень красивым; высокого роста, с мягкой грудью, всегда в черном джемпере; шарф вокруг белой шеи и английская папироса в тонкоперстой руке с выдающейся косточкой на запястье. А была в ее жизни пора,- на исходе шестнадцатого года, что ли,- когда, летом, в дачном месте близ имения, не было гимназиста, который не собирался бы из-за нее стреляться, не было студента, который... Одним словом: особенное обаяние, которое, продержись оно еще некоторое время, натворило бы... нанесло бы... Но как-то ничего из этого не вышло,- все было как-то не так, зря: цветы, которые лень поставить в воду; прогулки в сумерки то с этим, то с тем; тупики поцелуев. Она свободно говорила по-французски, произнося "жанс", "ау"; наивно переводя "грабежи" словом "grabuges"; употребляя какие-то старосветские речения, застрявшие в старых русских семьях; но очень убедительно картавя,- хотя во Франции не бывала никогда. Над комодом в ее берлинской комнате была пришпилена булавкой с головкой под бирюзу открытка - серовский портрет государя. Она была набожна, но, случалось, и в церкви находил на нее смехотун. С жуткой легкостью, свойственной всем русским барышням ее поколения, она писала - патриотические, шуточные, какие ...
2. Дар. (страница 8)
Входимость: 12. Размер: 95кб.
Часть текста: он не селадонничал с пишущими дамами, энергично разделываясь с Евдокией Растопчиной или Авдотьей Глинкой. Неправильный, небрежный лепет не трогал его. Оба они, и Чернышевский, и Добролюбов, с аппетитом терзали литературных кокеток, - но в жизни... одним словом, смотри, что с ними делали, как скручивали и мучили их, хохоча (так хохочут русалки на речках, протекающих невдалеке от скитов и прочих мест спасения) дочки доктора Васильева. Вкусы его были вполне добротны. Его эпатировал Гюго. Ему импонировал Суинберн (что совсем не странно, если вдуматься). В списке книг, прочитанных им в крепости, фамилия Флобера написана по-французски через "о", и действительно, он его ставил ниже Захер-Мазоха и Шпильгагена. Он любил Беранже, как его любили средние французы. "Помилуйте, - восклицает Стеклов, - вы говорите, что этот человек был не поэтичен? Да знаете ли вы, что он со слезами восторга декламировал Беранже и Рылеева!" Его вкусы только окаменели в Сибири, - и по странной деликатности исторической судьбы, Россия за двадцать лет его изгнания не произвела (до Чехова) ни одного настоящего писателя, начала которого он не видел воочию в деятельный период жизни. Из разговоров с ним в Астрахани выясняется: "да-с, графский-то титул и сделал из Толстого великого-писателя-земли-русской": когда же к нему приставали, кто же лучший современный беллетрист, то он называл Максима Белинского. Юношей он записал в дневнике: "Политическая литература - высшая литература". Впоследствии пространно рассуждая о Белинском (Виссарионе, конечно), о котором распространяться, собственно, не полагалось, он ему следовал, говоря, что "Литература не может не быть служительницей того или иного направления идей", и что писатели "неспособные искренне одушевляться участием к тому, что совершается силою исторического...
3. Дар. (страница 7)
Входимость: 10. Размер: 81кб.
Часть текста: всг , - если бы только ум человеческий мог выдержать оное объяснение. Душа окунается в мгновенный сон, - и вот, с особой театральной яркостью восставших из мертвых, к нам навстречу выходят: с длинной тростию, в шелковой рясе гранатного колера, с вышитым поясом на большом животе о. Гавриил, и с ним, уже освещенный солнцем, весьма привлекательный мальчик розовый, неуклюжий, нежный. Подошли. Сними шляпу, Николя. Волосы с рыжинкой, веснушки на лобике, в глазах ангельская ясность, свойственная близоруким детям. Кипарисовы, Парадизовы, Златорунные не без удивления вспоминали потом (в тиши своих дальних и бедных приходов) его стыдливую красоту: херувим, увы, оказался наклееным на крепкий пряник; не всем пришедшийся по зубам. Поздоровавшись с нами, Николя вновь надевает шляпу - серенький пуховой цилиндр - и тихо отходит, очень миленький в своем домашне-сшитом сюртучке и нанковых брючках, - между тем как его отец, добрейший протоиерей, нечуждый садовничеству, занимает нас обсуждением саратовских вишень, слив, глив. Летучая знойная пыль застилает картину. Как неизменно отмечается в начале всех решительно писательских биографий,...
4. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 9. Размер: 39кб.
Часть текста: который, расчистивъ ходъ къ еще неизвeстнымъ гробамъ и сокровищамъ, постучался въ дверь, прежде, чeмъ войти, и, войдя, упалъ въ обморокъ. Прекрасны свeтъ и тишина лабораторiй: какъ хорошiй ныряльщикъ скользитъ сквозь воду съ открытыми глазами, такъ, не напрягая вeкъ, глядитъ физiологъ на дно микроскопа, и медленно начинаютъ багровeть его шея и лобъ, - и онъ говоритъ, оторвавшись отъ трубки: "Все найдено". Человeческая мысль, летающая на трапецiяхъ звeздной вселенной, съ протянутой подъ ней математикой, похожа была на акробата, работающаго съ сeткой, но вдругъ замeчающаго, что сeтки въ сущности нeтъ, - и Мартынъ завидовалъ тeмъ, кто доходитъ до этого головокруженiя и новой выкладкой превозмогаетъ страхъ. Предсказать элементъ или создать теорiю, открыть горный хребетъ или назвать новаго звeря, - все было равно заманчиво. Въ наукe исторической Мартыну нравилось то, что онъ могъ ясно вообразить, и потому онъ любилъ Карляйля. Плохо запоминая даты и {74} пренебрегая обобщенiями, онъ жадно выискивалъ живое, человeческое, принадлежащее къ разряду тeхъ изумительныхъ подробностей, которыми грядущiя поколeнiя, пожалуй, пресытятся, глядя на старыя, моросящiя фильмы нашихъ временъ. Онъ живо себe представлялъ дрожащiй бeлый день, простоту черной гильотины, и неуклюжую возню на помостe, гдe палачи тискаютъ голоплечаго толстяка, межъ тeмъ, какъ въ толпe добродушный гражданинъ поднимаетъ подъ локотки любопытную, но низкорослую гражданку. Наконецъ, были науки, довольно смутныя:...
5. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 7. Размер: 29кб.
Часть текста: кнопку. Хрупкая, тонкостенная, старомодная комнатка перемигнула, но не стронулась с места. Нажал еще. Еще мигание, стесненная неподвижность, неописуемый взгляд машины, которая не работает и знает, что работать уже не будет. Он вышел. И тут же с оптической живостью лифт смежил свои ясные карие очи. Он пошел вверх по впавшей в немилость, но сохранившей достоинство лестнице. Горбун поневоле, Круг вставил ключ и, медленно возвращаясь к обычному росту, вступил в глухое, гулкое, бурливое, гремучее и ревучее молчанье своей квартиры. Отъединенно стояло вдали меццотинто да-винчиева чуда - тринадцать персон за таким узким столом (фаянс ссудили монахи-доминиканцы). Свет ударил в ее коренастый зонтик с черепаховой ручкой, что стоял, откачнувшись от его большого зонта, оставленного не у дел. Он стянул оставшуюся перчатку, избавился от пальто и повесил на колышек фетровую широкополую черную шляпу. Широкополая черная шляпа, утратившая ощущение дома свалилась с колышка и была оставлена там, где легла. Он прошел широким длинным коридором, стены которого заливало, выплеснувшись из его кабинета, черное масло картин; все, что они показывали, - это трещины вслепую отраженного света. Резиновый мячик размером с большой апельсин спал на полу. Он вошел в столовую. Тарелка с холодным языком, украшенным ломтиками огурца, и румяная щечка сыра тихо ожидали его. Замечательный все-таки у этой женщины слух. Она выскользнула из своей комнаты рядом с детской и присоединилась к Кругу. Звали ее Клодиной, последнюю неделю она оставалась единственной прислугой в хозяйстве Круга: повар покинул дом, не одобряя того, что он очень точно назвал "подрывной атмосферой". - Слава Богу, - сказала...

© 2000- NIV