Cлово "ЭТАЖ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ЭТАЖЕ, ЭТАЖА, ЭТАЖАМИ, ЭТАЖЕЙ

1. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 6.
2. Прозрачные вещи
Входимость: 6.
3. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 6)
Входимость: 5.
4. Память, говори (глава 4)
Входимость: 3.
5. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 3.
6. Смотри на Арлекинов! (страница 3)
Входимость: 3.
7. Соглядатай
Входимость: 3.
8. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 3.
9. Подлец
Входимость: 3.
10. Пнин. (глава 4)
Входимость: 3.
11. Память, говори
Входимость: 3.
12. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 33)
Входимость: 3.
13. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 3.
14. Память, говори (глава 5)
Входимость: 3.
15. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 11)
Входимость: 3.
16. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 4)
Входимость: 3.
17. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 2.
18. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 2.
19. Король, дама, валет. (глава 7)
Входимость: 2.
20. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 2.
21. Защита Лужина. (глава 11)
Входимость: 2.
22. Пнин. (глава 6)
Входимость: 2.
23. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 24)
Входимость: 2.
24. Пнин. (глава 3)
Входимость: 2.
25. Машенька. (страница 2)
Входимость: 2.
26. Катастрофа
Входимость: 2.
27. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 5)
Входимость: 2.
28. Память, говори (глава 9)
Входимость: 2.
29. Занятой человек
Входимость: 2.
30. Король, дама, валет. (глава 4)
Входимость: 1.
31. Незавершенный роман
Входимость: 1.
32. Под знаком незаконнорожденных. страница 2
Входимость: 1.
33. Король, дама, валет. (глава 3)
Входимость: 1.
34. Дар. (страница 2)
Входимость: 1.
35. Лолита. (часть 2, главы 14-16)
Входимость: 1.
36. Помощник режиссера
Входимость: 1.
37. Защита Лужина. (глава 8)
Входимость: 1.
38. Лолита. (часть 2, главы 26-28)
Входимость: 1.
39. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 8)
Входимость: 1.
40. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 1.
41. Приглашение на казнь. (страница 3)
Входимость: 1.
42. Лолита. (часть 1, главы 15-17)
Входимость: 1.
43. Память, говори (глава 11)
Входимость: 1.
44. Письмо в Россию
Входимость: 1.
45. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 1.
46. Дар. (страница 4)
Входимость: 1.
47. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 1.
48. Память, говори (глава 12)
Входимость: 1.
49. Приглашение на казнь
Входимость: 1.
50. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 6)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 6. Размер: 26кб.
Часть текста: произносилось у нас с классическим ударением (на первом слоге), а бабушка М. Ф. Набокова говорила уже совсем по старинке: аглицки. Дегтярное лондонское мыло, черное как смоль в сухом виде, а в мокром - янтарное на свет, было скользким участником ежеутренних обливаний, для которых служили раскладные резиновые ванны-тоже из Англии. Дядька намыливал всего мальчика от ушей до пят при помощи особой оранжево-красной губки, а затем несколько раз обливал теплой водой из большого белого кувшина, вокруг которого обвивалась черная фаянсовая лоза. Этот мой резиновый tub я взял с собой в эмиграцию, и он, уже заплатанный, был мне сущим спасением в моих бесчисленных европейских пансионах; грязнее французской общей ванной нет на свете ничего, кроме немецкой. За брекфастом яркий паточный сироп, golden syrup, наматывался блестящими кольцами на ложку, а оттуда сползал змеей на деревенским маслом намазанный русский черный хлеб. Зубы мы чистили лондонской пастой, выходившей из тубочки плоскою лентой. Бесконечная череда удобных, добротных изделий да всякие ладные вещи для разных игр, да снедь текли к нам из Английского Магазина на Невском. Тут были и кексы, и нюхательные соли, и покерные карты, и какао, и в цветную полоску спортивные фланелевые пиджаки, и чудные скрипучие кожаные футболы, и белые как тальк, с девственным пушком, теннисные мячи в упаковке, достойной редкостных фруктов. Эдемский сад мне представлялся британской колонией. Я научился читать по-английски раньше, чем по-русски; некоторая неприятная для непетербургского слуха - да и для меня самого, когда слышу себя на пластинке - брезгливость произношения в разговорном русском языке сохранилась у меня и по сей день (помню при первой встрече, в...
2. Прозрачные вещи
Входимость: 6. Размер: 35кб.
Часть текста: уравновешивались бы притязаниями будущего. Тогда бы любой персонаж мог уверенно утвердиться в середине качающейся доски и разглядывать тот или этот предмет. Пожалуй, было бы весело. Но будущее лишено подобной реальности (какой обладает изобра-жаемое прошлое или отображаемое настоящее); будущее - это всего лишь фигура речи, призрак мышления. Привет, персонаж! Что такое? Не надо меня оттаскивать. Не собираюсь я к нему приставать. Ну ладно, ладно. Привет, персонаж... (в по-следний раз, шепотком). Когда мы сосредотачиваем внимание на материальном объекте, как бы оный ни располагался, самый акт сосредоточения способен помимо нашей воли окунуть нас в его историю. Новичкам следует научиться скользить над материей, если они желают, чтобы материя оставалась во всякое время точно такой, какой была. Прозрачные вещи, сквозь которые светится прошлое! Особенно трудно удерживать в фокусе поверхность вещей - рукодельных или природных, - по сути своей недвижных, но изрядно помыканных ветреной жизнью (вам приходит на...
3. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 6)
Входимость: 5. Размер: 12кб.
Часть текста: стеснительному гостю огромную библиотеку на втором этаже, гордость Ардиса и ее любимое “пастбище”, на которое мать ее никогда не заглядывала (довольствуясь собственным хранившимся у нее в будуаре собранием “Тысяча и Одна Лучшая Пьеса”) и которого Красный Вин, человек впечатлительный и чрезвычайно трусливый, сторонился из опаски нарваться на призрак отца, умершего здесь от удара, – к тому же он полагал, что ничто так не угнетает, как скопление трудов незапамятных авторов, – не возбраняя, впрочем, случайному гостю дивиться высоте книжных шкапов библиотеки и приземистости ее стеклянных шкафчиков, темени картин и бледности бюстов, десятку резных ореховых кресел и двум благородным столам с инкрустациями черного дерева. В косом луче ученого солнца лежал на пюпитре ботанический атлас, раскрытый на цветной гравюре с изображением орхидеи. В нише под цельным окном, открывавшим щедрый вид на банальный парк и рукотворное озеро, помещалось подобие покрытого черным бархатом диванчика или кушетки с парой палевых подушек. Чета подсвечников, – не более чем призраки металла и сала, – стояла или чудилась стоящей на просторном подоконнике. Шедший от библиотечной коридор привел бы наших молчаливых исследователей (когда бы они продолжили изыскания в том направлении) в западное крыло, к апартаментам господина и госпожи Вин....
4. Память, говори (глава 4)
Входимость: 3. Размер: 28кб.
Часть текста: виде, топазовое, когда мокрыми пальцами держишь его против света, было непременным участником утренних обливаний. Как приятно легчала раскладная английская ванна, когда ее заставляли выпятить резиновую нижнюю губу и изрыгнуть пенное содержимое в наклоненную бадью. “Мы не смогли улучшить пену, поэтому улучшили тубочку”, – гласила надпись на английской зубной пасте. За брекфастом привозимый из Лондона яркий паточный сироп, golden syrup, наматывался блестящими кольцами на вращаемую ложку, а оттуда сползал на деревенским маслом намазанный хлеб. Бесконечная череда удобных, добротных изделий текла к нам из Английского Магазина на Невском: кексы, и нюхательные соли, и покерные карты, и вырезные картинки, и в полоску спортивные фланелевые пиджаки, и белые как тальк теннисные мячи. Я научился читать по-английски раньше, чем по-русски. Первыми моими английскими друзьями были незамысловатые герои грамматики: Ben, Dan, Sam и Ned. Много было какой-то смутной возни с установлением их личности и местопребывания – “Who is Ben?”, “He is Dan”, “Sam is in bed” и тому подобное. И хоть все это было сбивчиво и сухо (составителю мешала необходимость держаться – по крайности на первых порах – слов, состоявших не более чем из трех букв), мое воображение как-то управилось раздобыть необходимые данные. Туполицые, плоскоступые, замкнутые оболтусы, болезненно гордящиеся своими немногими орудиями (“Ben has an axe”), они вялой подводной походкой шагают вдоль самого заднего задника моей памяти; и вот, перед дальнозоркими моими глазами вырастают буквы грамматики, как безумная азбука на таблице у оптика. Классная пропитана солнцем. В запотевшей стеклянной банке несколько шипастых гусениц пасется на крапивных листьях...
5. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 3. Размер: 31кб.
Часть текста: на четыре песни, написана Джоном Фрэнсисом Шейдом (р. 5 июля 1898 г., ум. 21 июля 1959 г.) в последние двадцать дней его жизни у себя дома в Нью-Вае, Аппалачие, США. Рукопись (это по-преимуществу беловик), по которой набожно воспроизводится предлагаемый текст, состоит из восьмидесяти справочных карточек среднего размера, на которых верхнюю, розовую, полоску Шейд отводил под заголовок (номер песни, дата), а в четырнадцать голубых вписывал тонким пером, почерком мелким, опрятным и удивительно внятным, текст поэмы, пропуская полоску для обозначения двойного пробела и начиная всякий раз новую песнь на свежей карточке. Короткая (в 166 строк) Песнь первая со всеми ее симпатичными птичками и оптическими чудесами занимает тринадцать карточек. Песнь вторая, ваша любимица, и эта внушительная демонстрация силы, Песнь третья, - одинаковы по длине (334 строки) и занимают по двадцати семи карточек каждая. Песнь четвертая возвращается к Первой в рассуждении длины и занимает опять-таки тринадцать карточек, из коих последние четыре, исписанные в день его смерти, содержат вместо беловика выправленный черновик. Человек привычки, Джон Шейд обыкновенно записывал дневную квоту законченных строк в полночь, но даже если он потом перерабатывал их, что, подозреваю, он временами делал, карточка или карточки помечались не датой окончательной отделки, но той,...

© 2000- NIV