Cлово "МАЛЬЧИШКА"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: МАЛЬЧИШКИ, МАЛЬЧИШКАМИ, МАЛЬЧИШЕК, МАЛЬЧИШКОЙ

1. Под знаком незаконнорожденных. страница 12
Входимость: 5.
2. Картофельный эльф
Входимость: 5.
3. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 4.
4. Под знаком незаконнорожденных. страница 3
Входимость: 3.
5. Соглядатай
Входимость: 3.
6. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 3.
7. Пнин. (глава 4)
Входимость: 3.
8. Смотри на Арлекинов! (страница 2)
Входимость: 3.
9. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 3.
10. Лолита. (часть 2, главы 6-9)
Входимость: 3.
11. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 39)
Входимость: 2.
12. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 2.
13. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 2.
14. Король, дама, валет. (глава 9)
Входимость: 2.
15. Смотри на Арлекинов! (страница 3)
Входимость: 2.
16. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 19)
Входимость: 2.
17. Память, говори (глава 13)
Входимость: 2.
18. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 23)
Входимость: 2.
19. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 8)
Входимость: 2.
20. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 25)
Входимость: 2.
21. Незавершенный роман
Входимость: 1.
22. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 1.
23. Лолита. (часть 2, главы 10-13)
Входимость: 1.
24. Обида
Входимость: 1.
25. Прозрачные вещи
Входимость: 1.
26. Лолита. (часть 2, главы 14-16)
Входимость: 1.
27. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 6)
Входимость: 1.
28. Путеводитель по Берлину
Входимость: 1.
29. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 7)
Входимость: 1.
30. Камера Обскура. (страница 5)
Входимость: 1.
31. Сказка
Входимость: 1.
32. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 24)
Входимость: 1.
33. Дар. (страница 3)
Входимость: 1.
34. Событие. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 1.
35. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника.
Входимость: 1.
36. Камера Обскура
Входимость: 1.
37. Пнин. (глава 3)
Входимость: 1.
38. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 1.
39. Машенька. (страница 4)
Входимость: 1.
40. Бледное пламя. Комментарии (страница 2)
Входимость: 1.
41. Лолита. (часть 1, главы 26-27)
Входимость: 1.
42. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 2)
Входимость: 1.
43. Отчаяние. (глава 3)
Входимость: 1.
44. Круг
Входимость: 1.
45. Подлец
Входимость: 1.
46. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 1.
47. Память, говори (глава 10)
Входимость: 1.
48. Лолита. (часть 2, главы 35-36)
Входимость: 1.
49. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 41)
Входимость: 1.
50. Пнин. (глава 5)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Под знаком незаконнорожденных. страница 12
Входимость: 5. Размер: 42кб.
Часть текста: страница 12 18 - Этому вообще не полагалось случиться. Нам страшно жаль. Ваш ребенок получит самые пышные похороны, о каких только может мечтать дитя белого человека, и все же мы хорошо понимаем, что для тех, кто остался, это ... [два неразборчивых слова]. Нам более, чем жаль. Фактически, можно с уверенностью утверждать, что никогда в истории нашей великой страны фракция, правительство или Правитель не скорбели так, как ныне скорбим мы. (Круга привели в блистающую большеногими фресками просторную залу Министерства юстиции. Изображение самого здания Министерства, каким оно было задумано, но пока не построено, из-за пожаров Юстиция с Образованием проживали совместно в отеле "Астория", - показывало белый небоскреб, врастающий, будто собор-альбинос, в синие, как морфо, небеса. Голос, принадлежащий одному из Старейшин, собравшихся на чрезвычайное заседание во Дворце, в двух кварталах отсюда, сочился из изящного ящика орехового дерева. Кристалсен и несколько мелких служащих шептались в другой части залы.) - Мы полагаем, однако, - продолжал ореховый голос, - что ничто не изменилось в тех отношениях, в соглашениях, в узах, которые вы, Адам Круг, столь торжественно определили как раз перед тем, как случилась личная ваша трагедия. Жизнь индивидуума недолговечна; мы же гарантируем бессмертие Государства. Граждане гибнут ради того, чтобы Град их остался жить. Мы не в силах поверить, что какая бы то ни было личная утрата способна встать между вами и нашим Правителем. С другой стороны, практически не существует предела тем возмещеньям ущерба, которые мы готовы вам предложить. Во-первых,...
2. Картофельный эльф
Входимость: 5. Размер: 43кб.
Часть текста: сантиметров рост знаменитого швейцарского карлика Циммермана, по прозванию Принц Бальтазар. Как и коллега Циммерман, Фред был отлично сложен, и,- если бы не морщинки на круглом лбу и вокруг прищуренных глаз, да еще этот общий немного жуткий вид напряженности, словно он крепился, чтобы не расти,- карлик бы совсем походил на тихого восьмилетнего мальчика. Волосы его цвета влажной соломы были прилизаны и разделены ровной нитью пробора, который шел как раз посредине головы, чтобы вступить в хитрый договор с макушкой. Ходил Фред легко, держался свободно и недурно танцевал, но первый же антрепренер, занявшийся им, счел нужным отяжелить смешным эпитетом понятие "эльфа", когда взглянул на толстый нос, завещанный карлику его полнокровным озорным отцом. Картофельный Эльф одним своим видом возбудил ураган рукоплесканий и смеха по всей Англии, а затем и в главных городах на материке. В отличие от других карликов, он был нраву кроткого, дружелюбного,- очень привязался к той крохотной пони - Снежинке,- на которой прилежно трусил по арене голландского цирка,- а в Вене покорил сердце глупого и унылого великана, родом из Омска, тем, что при первой встрече потянулся к нему и по-детски попросил: "Я хочу на ручки". Выступал он обыкновенно не один. Так, в Вене карлик появлялся вместе с великаном, семенил вокруг него, тщательно одетый, в полосатых штанах, в ловком пиджачке, с большим свитком нот под мышкой. Он подавал великану гитару. Тот стоял как Громадная кукла, механическим движением брал инструмент. Длинный сюртук, словно вырезанный из черного дерева, высокие каблуки, цилиндр, схваченный прямыми отблесками,- еще увеличивали рост стройного девятипудового сибиряка. Выпятив могучую челюсть, он бил пальцем по струнам. В антрактах, как женщина, жаловался на головокружения. Фред очень его...
3. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 4. Размер: 37кб.
Часть текста: десять тысяч дней) в случае Круга сносно передавал атмосферу исходной версии. Естественно, сценарий дневной памяти куда точнее в фактических деталях, ведь постановщикам снов (обыкновенно их несколько, в большинстве безграмотных, из среднего класса, вечно куда-то спешащих) постоянно приходится что-то выкидывать, приукрашивать и переставлять для приличия; но представление есть представление, и сбивающий с толку возврат к прошлому существованию (когда годы, промчавшиеся за сценой, списывают на забывчивость, нерасторопность, прогулы) почему-то вернее разыгрывается популярным сном, чем ученой точностью памяти. Но неужели и впрямь все было таким грубым? Кто там прячется за робкими режиссерами? Нет сомнений, вот эта парта, за которой оказался сидящим Круг, в спешке заимствована из другой декорации и больше похожа на стандартную принадлежность университетской аудитории, чем на штучное изделие из Кругова детства с его зловонной чернильной ямой (ржа, чернослив) и перочинными шрамами на крышке (которой можно было похлопать), и с особенной формы кляксой - озеро МалЈр. Нет также сомнений: что-то не так с расположением двери, к тому же сюда торопливо согнали нескольких студентов Круга, неразличимых статистов (сегодня датчане, римляне завтра), дабы заполнить бреши, оставленные теми его однокашниками, что оказались менее мнемогеничными, нежели остальные....
4. Под знаком незаконнорожденных. страница 3
Входимость: 3. Размер: 37кб.
Часть текста: улыбка, опять воробья обнимали ладони, и снова все это таяло. Двадцать примерно выдающихся представителей Университета, некоторые из них - недавние пассажиры д-ра Александера, - стояли или сидели в просторной, отчасти даже сверкавшей гостиной (не все лампы горели под зелеными облачками и ангелочками ее потолка), и может быть еще с полдюжины присутствовало в смежном mussikishe [музыкальном салоне], - старый джентльмен был а ses heures средней руки арфистом и любил выстроить трио (с собой в роли гипотенузы) или пригласить какого-нибудь крупного музыканта выделывать разные штуки с роялем, после чего раздавались малюсенькие и не очень обильные бутерброды, а также треугольные bouchées, обладавшие, как он наивно полагал, лишь им присущим очарованием (по причине их формы); их разносили две служанки и его незамужняя дочь, от которой невнятно припахивало одеколоном и различимо - потом. Сегодня взамен этих лакомств предлагался чай с сухими печеньями; и черепаховой масти кошка (которую поочередно ласкали профессор химии и математик Хедрон) лежала на темносияющем "Бехштейне". Глиман легко, как опадающий лист, скользнул по ней электрической лапкой, и кошка поднялась, словно вскипевшее молоко, громко мурлыча, но маленький медиевист был нынче рассеян и побрел...
5. Соглядатай
Входимость: 3. Размер: 110кб.
Часть текста: к себе на колени, и тогда их ясный взгляд внимательно переходил с моей дрожащей руки на бледно-серую, уже размазанную по ворсу пыльцу. Матильда бывала в гостях у их родителей и постоянно оставалась ужинать. Как-то раз шумел проливной дождь, ей дали зонтик, и она сказала: "Вот и отлично, большое спасибо, молодой человек меня проводит и принесет зонт обратно". С тех пор вошло в мои обязанности ее провожать. Она, пожалуй, нравилась мне, эта разбитная, полная, волоокая дама с большим ртом, который собирался в комок, когда она, пудрясь, смотрелась в зеркальце. У нее были тонкие лодыжки, легкая поступь, за которую многое ей прощалось. От нее исходило щедрое тепло, как только она появлялась, мне уже мнилось, что в комнате жарко натоплено, и, когда, отведя восвояси эту большую живую печь, я возвращался один среди чмоканья ртутного блеска безжалостной ночи, было мне холодно, холодно до омерзения. Потом приехал из Парижа ее муж и стал с ней бывать в гостях вместе, - муж как муж, я мало на него обратил внимание, только заметил его манеру коротко и гулко откашливаться в кулак, перед тем как заговорить, и тяжелую, черную, с блестящим набалдашником трость, которой он постукивал об пол, пока Матильда, восторженно захлебываясь, превращала прощание с хозяйкой в многословный монолог. Муж, спустя месяц, отбыл, и в первую же ночь, что я снова провожал Матильду, она предложила мне подняться к ней наверх, чтобы взять книжку, которую давно увещевала меня прочесть, - что-то по-французски о какой-то русской девице Ариадне (*1). Шел, как обычно, дождь, вокруг фонарей дрожали ореолы, правая моя рука утопала в жарком кротовом меху, левая держала раскрытый зонтик, в который ночь била, как в барабан. Этот зонтик, - потом, в квартире у Матильды, -...

© 2000- NIV