Cлово "МИЛЛИОН"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: МИЛЛИОНОВ, МИЛЛИОНЫ, МИЛЛИОНА, МИЛЛИОНАХ

1. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 8.
2. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 3)
Входимость: 3.
3. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 3.
4. Под знаком незаконнорожденных
Входимость: 2.
5. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 2.
6. Приглашение на казнь. (страница 2)
Входимость: 2.
7. Король, дама, валет. (глава 9)
Входимость: 2.
8. Дар. (страница 3)
Входимость: 2.
9. Защита Лужина. (глава 12)
Входимость: 2.
10. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 5)
Входимость: 2.
11. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 18)
Входимость: 2.
12. Истребление тиранов
Входимость: 2.
13. Под знаком незаконнорожденных. страница 8
Входимость: 2.
14. Под знаком незаконнорожденных. страница 5
Входимость: 2.
15. Незавершенный роман
Входимость: 1.
16. Дар. (страница 6)
Входимость: 1.
17. Знаки и символы
Входимость: 1.
18. Король, дама, валет. (глава 3)
Входимость: 1.
19. Память, говори (глава 3)
Входимость: 1.
20. Событие. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 1.
21. Защита Лужина. (глава 2)
Входимость: 1.
22. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 21)
Входимость: 1.
23. Как-то раз в Алеппо...
Входимость: 1.
24. Лолита. (часть 2, главы 23-25)
Входимость: 1.
25. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 10)
Входимость: 1.
26. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 3)
Входимость: 1.
27. Дар. (страница 8)
Входимость: 1.
28. Ланс
Входимость: 1.
29. Приглашение на казнь. (страница 6)
Входимость: 1.
30. Пнин. (глава 4)
Входимость: 1.
31. Лолита. (часть 2, глава 20-22)
Входимость: 1.
32. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 5)
Входимость: 1.
33. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 27)
Входимость: 1.
34. Слово
Входимость: 1.
35. Под знаком незаконнорожденных. страница 10
Входимость: 1.
36. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 42)
Входимость: 1.
37. Защита Лужина. (глава 14)
Входимость: 1.
38. Terra incognita
Входимость: 1.
39. Дар. (страница 5)
Входимость: 1.
40. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 1.
41. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 1.
42. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 2, глава 1)
Входимость: 1.
43. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 38)
Входимость: 1.
44. Василий Шишков
Входимость: 1.
45. Лолита. (часть 2, главы 1-2)
Входимость: 1.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 8. Размер: 38кб.
Часть текста: Все смеются. Бриг. Да, это мое несчастье. Гроб. Нет, я просто не видел, как генерал вошел. Между прочим, знаете что, господа: нас ведь тринадцать! Министр. Изобретателя мы можем пригласить только по окончании прений, а Президент раньше пяти не будет. Это неприятно, что тринадцать... Полковник. Я могу удалиться, если кто-нибудь согласится быть секретарем вместо меня. Министр. Нет, зачем же... Только это неприятно... Полковник. Пожалуйста, я уйду. Министр. Да что вы обижаетесь на всякое слово! Скучно, ей-богу. Граб. Можно пригласить этого моего милого инженера, знаете, - этого блондина с бакенбардами, - он ведь все равно в курсе? Герб. Предложение незаконное. Я протестую. Министр. Скажите, пожалуйста, что это за сундук в углу? Полковник. Ах, это из архива. В нем карты. Брег. Игральные или генеральные? Берг. Грах, грах, грах. Полковник. Географические, конечно. Я велел принести, думая, что пригодятся. Если желаете, можно убрать. Министр. Откройте-ка этот сундук, дорогой полковник. Из сундука выходит Сон. Я так и думал. Сон. Куда...
2. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 3)
Входимость: 3. Размер: 27кб.
Часть текста: искупительно смешные черты, подобные тем, что явлены в узорчатых инкрустациях латунью по дереву, в поддельных bric-а-Braques, в раззолоченных бронзовых ужасах, которые почитались за “искусство” нашими лишенными чувства юмора предками. И действительно, кто возьмется оспорить наличие чего-то сугубо потешного в самих очертаньях того, что торжественно преподносилось в качестве красочной карты “Терры”? Ведь (“it is, isn't it?”) можно прямо бока надорвать, как помыслишь, что слово “Россия”, вместо того чтобы быть романтическим синонимом Эстотии, американской провинции, раскинувшейся от Северного Полярного и больше уже не порочного круга до границы собственно Соединенных Штатов, стало на Терре названьем страны, как бы заброшенной через рытвину сдвоенного океана на противное полушарие, по которому она расползлась во всю теперешнюю Татарию, от Курляндии до Курил! Однако (что еще несуразней), если в террейской пространственной терминологии Амероссия Авраама Мильтона расщепилась на две составные части, а понятия “Америка” и “Россия” разделились, – скорей политически, чем поэтически, – весьма ощутимыми льдами и водами, гораздо более сложные и вдвойне несуразные расхождения возникли в рассуждении времени – не оттого лишь, что история каждой из составных частей амальгамы не отвечала в точности истории противуположной части в дробном ее...
3. Изобретение Вальса. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 3. Размер: 44кб.
Часть текста: требовать сам господь бог не может. А что у меня тут, в груди, - это никого не касается. Вальс. Тем более что это у вас не грудь, а живот... Нет, не могу сегодня больше работать, - вот не могу... Тяжелая голова... Полковник. Голова у вас не должна больше болеть: рана была пустяковая. Вальс. Она и не болит... Нет, просто скучно, надоело... Все так сложно и запутано, - нарочно запутано. Рану я забыл, но покушение - помню. Кстати, маленькое воздушное распоряжение, которое я только что сделал, минут через двадцать будет проведено в жизнь. Надо надеяться, что кто-нибудь сразу нас известит о результате. Полковник. Об этих ваших делах позвольте мне не знать. Я в них не компетентен. Но у вас сейчас на рабочем столе вздрагивает и хрипит в невыносимых мучениях моя несчастная отчизна. Вальс. Кабы не косность олухов да проделки плутов, она давно была бы счастливой. Но вообще, знаете, полковник, я решил, что делами буду заниматься только раз в неделю, скажем - по средам. Полковник. Моя обязанность - вам заметить, что тем временем страна гибнет. Вальс. Ну уж и гибнет. Не преувеличивайте, пожалуйста. Полковник. Нет, Ваше Безумие, я не преувеличиваю. Вальс. Пустяки. Полковник. Пустяки? То, что миллионы рабочих, выброшенных с заводов, остались без хлеба, - это пустяк? А дикая неразбериха, царящая в промышленности? А потеря всего экономического равновесия страны благодаря вашему первому человеколюбивому декрету? Это пустяк? И я не говорю о том, что во всех областях жизни - смута и зловещее возбуждение, что никто ничего не может понять, что в парламенте бедлам, а на улицах стычки и что, наконец, из соседнего государства целые отряды преспокойно переходят там и сям нашу границу, чтоб посмотреть, что, собственно, у нас происходит. Добро еще, что они не совсем знают, как быть, а только принюхиваются, - слишком, видно, удивлены тем, что сильная и счастливая держава начала...
4. Под знаком незаконнорожденных
Входимость: 2. Размер: 34кб.
Часть текста: и четою домов. Приглядись. Да, она отражает кусок бледно-синего неба - мягкая младенческая синева - молочный привкус во рту: у меня была кружка такого же цвета лет тридцать пять назад. Она отражает и грубый сумбур голых ветвей, и коричневую вену потолще, обрезанную ее кромкой, и яркую поперечную кремовую полоску. Вы кое-что обронили, вот, это ваше, кремовый дом вдалеке, в сиянии солнца. Когда ноябрьский ветер в который раз пронимает льдистая дрожь, зачаточный водоворот собирает блеск лужи в складки. Два листа, два трискалиона, как два дрожащих трехногих купальщика, разбегаются, чтоб окунуться, рвение заносит их в середину лужи и там, внезапно замедлив, они плывут, став совершенно плоскими. Двадцать минут пятого. Вид из окна больницы. Ноябрьские деревья - тополи, я полагаю, - два из них растут, пробивая асфальт: все они в ярком холодном солнце, в яркой роскошно мохнатой коре, в путанных перегибах бесчисленных глянцевых веток, старое золото, - потому что там, вверху, им достается больше притворно сочного солнца. Их неподвижность спорит с припадочной зыбью вставного отражения, ибо видимая эмоция дерева - в массе его листвы, а листьев осталось, может быть, тридцать семь, не больше, с одного его бока. Они немного...
5. Под знаком незаконнорожденных. страница 4
Входимость: 2. Размер: 37кб.
Часть текста: сон (когда попадаешь в свой старый класс, а домашнее задание не сделано, потому что ты нечаянно прогулял десять тысяч дней) в случае Круга сносно передавал атмосферу исходной версии. Естественно, сценарий дневной памяти куда точнее в фактических деталях, ведь постановщикам снов (обыкновенно их несколько, в большинстве безграмотных, из среднего класса, вечно куда-то спешащих) постоянно приходится что-то выкидывать, приукрашивать и переставлять для приличия; но представление есть представление, и сбивающий с толку возврат к прошлому существованию (когда годы, промчавшиеся за сценой, списывают на забывчивость, нерасторопность, прогулы) почему-то вернее разыгрывается популярным сном, чем ученой точностью памяти. Но неужели и впрямь все было таким грубым? Кто там прячется за робкими режиссерами? Нет сомнений, вот эта парта, за которой оказался сидящим Круг, в спешке заимствована из другой декорации и больше похожа на стандартную принадлежность университетской аудитории, чем на штучное изделие из Кругова детства с его зловонной чернильной ямой (ржа, чернослив) и перочинными шрамами на крышке (которой можно было похлопать), и с особенной формы кляксой - озеро МалЈр. Нет также сомнений: что-то не так с расположением двери, к тому же сюда торопливо согнали нескольких студентов Круга, неразличимых статистов (сегодня датчане, римляне завтра), дабы заполнить бреши, оставленные теми его однокашниками, что оказались менее мнемогеничными, нежели остальные. Но среди режиссеров...

© 2000- NIV