Cлово "ВЗЯТЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ВОЗЬМИ, ВЗЯЛА, ВЗЯЛ, ВЗЯЛИ

1. Камера Обскура
Входимость: 14.
2. Подлец
Входимость: 12.
3. Волшебник
Входимость: 11.
4. Незавершенный роман
Входимость: 10.
5. Соглядатай
Входимость: 10.
6. Защита Лужина. (глава 13)
Входимость: 9.
7. Лолита. (часть 2, главы 35-36)
Входимость: 9.
8. Дар. (страница 6)
Входимость: 7.
9. Пнин. (глава 6)
Входимость: 7.
10. Защита Лужина. (глава 3)
Входимость: 7.
11. Дар. (страница 4)
Входимость: 7.
12. Дар. (страница 9)
Входимость: 7.
13. Камера Обскура. (страница 4)
Входимость: 7.
14. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 6.
15. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 39)
Входимость: 6.
16. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 6.
17. Дар. (страница 3)
Входимость: 6.
18. Лик
Входимость: 6.
19. Камера Обскура. (страница 2)
Входимость: 6.
20. Камера Обскура. (страница 7)
Входимость: 6.
21. Подвиг. (страница 9)
Входимость: 6.
22. Король, дама, валет. (глава 7)
Входимость: 5.
23. Королек
Входимость: 5.
24. Пнин. (глава 2)
Входимость: 5.
25. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 5.
26. Дар. (страница 8)
Входимость: 5.
27. Дар. (страница 10)
Входимость: 5.
28. Отчаяние. (глава 10)
Входимость: 5.
29. Отчаяние. (глава 8)
Входимость: 5.
30. Подвиг. (страница 6)
Входимость: 5.
31. Король, дама, валет. (глава 4)
Входимость: 4.
32. Лебеда
Входимость: 4.
33. Дар. (страница 2)
Входимость: 4.
34. Защита Лужина. (глава 8)
Входимость: 4.
35. Приглашение на казнь. (страница 3)
Входимость: 4.
36. Приглашение на казнь. (страница 2)
Входимость: 4.
37. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 4.
38. Король, дама, валет. (глава 9)
Входимость: 4.
39. Под знаком незаконнорожденных. страница 3
Входимость: 4.
40. Дар
Входимость: 4.
41. Событие. Пьеса в прозе. Действие 2
Входимость: 4.
42. Король, дама, валет. (глава 11)
Входимость: 4.
43. Лолита. (часть 2, главы 31-34)
Входимость: 4.
44. Машенька. (страница 4)
Входимость: 4.
45. Встреча
Входимость: 4.
46. Подвиг. (страница 3)
Входимость: 4.
47. Камера Обскура. (страница 6)
Входимость: 4.
48. Лолита. (часть 1, главы 26-27)
Входимость: 4.
49. Память, говори (глава 10)
Входимость: 4.
50. Память, говори (глава 6)
Входимость: 4.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Камера Обскура
Входимость: 14. Размер: 62кб.
Часть текста: что его (или, вернее, ее) происхождение связано с вопросом о вивисекции. Художник Роберт Горн, проживавший в Нью-Йорке, однажды завтракал со случайным знакомым - молодым физиологом. Разговор коснулся опытов над живыми зверьми. Физиолог, человек впечатлительный, еще не привыкший к лабораторным кошмарам, выразил мысль, что наука не только допускает изощренную жестокость к тем самым животным, которые в иное время возбуждают в человеке умиление своей пухлостью, теплотой, ужимками, но еще входит как бы в азарт - распинает живьем и кромсает куда больше особей, чем в действительности ей необходимо. "Знаете что, - сказал он Горну, - вот вы так славно рисуете всякие занятные штучки для журналов; возьмите-ка и пустите, так сказать, на волны моды какого-нибудь многострадального маленького зверя, например, морскую свинку. Придумайте к этим картинкам шуточные надписи, где бы этак вскользь, легко упоминалось о трагической связи между свинкой и лабораторией. Удалось бы, я думаю, не только создать очень своеобразный и забавный тип, но и окружить свинку некоторым ореолом модной ласки, что и обратило бы общее внимание на несчастную долю этой, в сущности, милейшей твари". "Не знаю, -...
2. Подлец
Входимость: 12. Размер: 51кб.
Часть текста: только теоретически: память не прилепила к нему вовремя календарной наклейки, и теперь найти этот день было невозможно. Грубо говоря, случилось это прошлой зимой: Берг поднялся из небытия, поклонился и опустился опять,- но уже не в прежнее небытие, а в кресло. Было это у Курдюмовых, и жили они на улице Св. Марка, черт знает где, в Моабите, что ли. Курдюмовы так и остались бедняками, а он и Берг с тех пор несколько разбогатели; теперь, когда в витрине магазина мужских вещей появлялся галстук, дымно цветистый,- скажем, как закатное облако,- сразу в дюжине экземпляров, и точь-в-точь таких же цветов платки,- тоже в дюжине экземпляров,- то Антон Петрович покупал этот модный галстук и модный платок, и каждое утро, по дороге в банк, имел удовольствие встречать тот же галстук и тот же платок у двух-трех господ, как и он, спешащих на службу. С Бергом одно время у него были дела, Берг был необходим. Берг звонил ему по телефону раз пять в день, Берг стал бывать у них,- и острил, острил,- боже мой, как он любил острить. При первом его посещении, Таня, жена Антона Петровича, нашла, что он похож на англичанина и очень забавен. "Антон, здравствуй!" - рявкал Берг, топыря пальцы и сверху, с размаху, по русскому обычаю, коршуном налетая на его руку и крепко пожимая ее. Был Берг плечист, строен, чисто выбрит, и сам про себя говорил, что похож на мускулистого ангела. Антону Петровичу он однажды показал старую, черную записную книжку: страницы были сплошь покрыты крестиками, и таких крестиков было ровным счетом пятьсот двадцать три. "Времен Деникина и...
3. Волшебник
Входимость: 11. Размер: 83кб.
Часть текста: ему, когда, в условиях действительности, воображаю незаметнейший метод удовлетворения страсти, есть спасительная софистика. Я карманный вор, а не взломщик. Хотя, может быть, на круглом острове, с маленькой Пятницей (не просто безопасность, а права одичания, или это - порочный круг с пальмой в центре?). Рассудком зная, что Эвфратский абрикос вреден только в консервах; что грех неотторжим от гражданского быта; что у всех гигиен есть свои гиены; зная, кроме того, что этот самый рассудок не прочь опошлить то, что иначе ему не дается... Сбрасываю и поднимаюсь выше. ЧтО, если прекрасное именно-то и доступно сквозь тонкую оболочку, то есть пока она еще не затвердела, не заросла, не утратила аромата и мерцания, через которые проникаешь к дрожащей звезде прекрасного? Ведь даже и в этих пределах я изысканно разборчив: далеко не всякая школьница привлекает меня, - сколько их на серой утренней улице, плотненьких, жиденьких, в бисере прыщиков или в очках, - *такие* мне столь же интересны в рассуждении любовном, как иному - сырая женщина-друг. Вообще же, независимо от особого чувства, мне хорошо со всякими детьми, по-простому - знаю, был бы страстным отцом в ходячем образе слова - и вот, до сих пор не могу решить, естественное ли это дополнение или бесовское противоречие. Тут взываю к закону степени, который отверг там, где он был оскорбителен: часто пытался я поймать себя на переходе от одного вида нежности к другому, от простого к особому - очень хотелось бы знать, вытесняют ли они друг друга, надо ли все-таки разводить их по разным родам, или *то* - редкое цветение *этого* в Иванову ночь моей темной души, - потому что, если их два, значит, есть две красоты, и тогда приглашенная эстетика шумно садится между двух стульев (судьба всякого дуализма). Зато обратный путь, от особого к простому, мне немного яснее: первое как бы вычитается в минуту его утоления, и это указывало бы на действительность однородной суммы чувств - если бы была тут...
4. Незавершенный роман
Входимость: 10. Размер: 114кб.
Часть текста: был роман, который я не успел закончить до отъезда и к которому уже не возвращался. За вычетом двух глав и нескольких заметок эту незаконченную вещь я уничтожил. Первая глава, под названием "Ultima Thule", появилась в печати в 1942 году... Глава вторая, "Solus Rex", вышла ранее... Быть может, закончи я эту книгу, читателям не пришлось бы гадать: шарлатан ли Фальтер? Подлинный ли он провидец? Или же он медиум, посредством которого умершая жена рассказчика пытается донести смутный абрис фразы, узнанной или неузнанной ее мужем. Как бы то ни было, ясно одно: создавая воображаемую страну (занятие, которое поначалу было для него только способом отвлечься от горя, но со временем переросло в самодовлеющую художественную манию), вдовец настолько вжился в Туле, что оно стало постепенно обретать самостоятельное существование. В первой главе Синеусов говорит между прочим, что перебирается с Ривьеры в Париж, на свою прежнюю квартиру; на самом же деле он переезжает в угрюмый дворец на дальнем северном острове. Искусство позволяет ему воскресить покойную жену в облике королевы Белинды - жалкое свершение, которое не приносит ему торжества над смертью даже в мире вольного вымысла. В третьей главе 'ей предстояло снова погибнуть от бомбы, предназначавшейся ее мужу, на Эгельском мосту, буквально через несколько минут...
5. Соглядатай
Входимость: 10. Размер: 110кб.
Часть текста: счет моим папиросам, и это их ровное любопытство так на меня действовало, что я странно, на отлете, держал папиросу, словно впервые курил, и все ронял пепел к себе на колени, и тогда их ясный взгляд внимательно переходил с моей дрожащей руки на бледно-серую, уже размазанную по ворсу пыльцу. Матильда бывала в гостях у их родителей и постоянно оставалась ужинать. Как-то раз шумел проливной дождь, ей дали зонтик, и она сказала: "Вот и отлично, большое спасибо, молодой человек меня проводит и принесет зонт обратно". С тех пор вошло в мои обязанности ее провожать. Она, пожалуй, нравилась мне, эта разбитная, полная, волоокая дама с большим ртом, который собирался в комок, когда она, пудрясь, смотрелась в зеркальце. У нее были тонкие лодыжки, легкая поступь, за которую многое ей прощалось. От нее исходило щедрое тепло, как только она появлялась, мне уже мнилось, что в комнате жарко натоплено, и, когда, отведя восвояси эту большую живую печь, я возвращался один среди чмоканья ртутного блеска безжалостной ночи, было мне холодно, холодно до омерзения. Потом приехал из Парижа ее муж и стал с ней бывать в гостях вместе, - муж как муж, я мало на него обратил внимание, только заметил его манеру коротко и гулко откашливаться в кулак, перед тем как заговорить, и тяжелую, черную, с блестящим набалдашником трость, которой он постукивал об пол, пока Матильда, восторженно захлебываясь, превращала прощание с хозяйкой в многословный монолог. Муж, спустя месяц, отбыл, и в первую же ночь, что я снова провожал Матильду, она предложила мне подняться к ней наверх, чтобы взять книжку, которую давно увещевала меня прочесть, - что-то по-французски о какой-то русской девице Ариадне (*1). Шел, как обычно, дождь, вокруг фонарей дрожали ореолы, правая моя рука утопала в жарком кротовом меху, левая ...

© 2000- NIV