Cлово "МАТЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: МАТЕРИ, МАТЕРЬЮ, МАТЕРЯХ, МАТЕРЕЙ

1. Другие берега. (глава 2)
Входимость: 29.
2. Память, говори (глава 2)
Входимость: 25.
3. Память, говори (глава 3)
Входимость: 22.
4. Другие берега. (глава 3)
Входимость: 15.
5. Защита Лужина. (глава 10)
Входимость: 15.
6. Защита Лужина. (глава 6)
Входимость: 14.
7. Дар. (страница 3)
Входимость: 14.
8. Дар
Входимость: 13.
9. Дар. (страница 4)
Входимость: 12.
10. Волшебник
Входимость: 12.
11. Подвиг. (страница 9)
Входимость: 12.
12. Память, говори
Входимость: 11.
13. Защита Лужина. (глава 14)
Входимость: 11.
14. Подвиг
Входимость: 11.
15. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 10.
16. Другие берега
Входимость: 10.
17. Лолита. (часть 1, главы 10-11)
Входимость: 10.
18. Звонок
Входимость: 10.
19. Память, говори (глава 5)
Входимость: 10.
20. Память, говори (глава 4)
Входимость: 9.
21. Память, говори (глава 12)
Входимость: 9.
22. Приглашение на казнь. (страница 4)
Входимость: 9.
23. Пнин. (глава 4)
Входимость: 9.
24. Защита Лужина. (глава 4)
Входимость: 9.
25. Дар. (страница 7)
Входимость: 8.
26. Подвиг. (страница 4)
Входимость: 8.
27. Другие берега. (глава 11)
Входимость: 8.
28. Память, говори (глава 9)
Входимость: 8.
29. Подвиг. (страница 2)
Входимость: 8.
30. Защита Лужина
Входимость: 8.
31. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 7.
32. Другие берега. (глава 7)
Входимость: 7.
33. Память, говори (глава 11)
Входимость: 7.
34. Подлинная жизнь Себастьяна Найта. (глава 2)
Входимость: 7.
35. Память, говори (глава 8)
Входимость: 7.
36. Память, говори (глава 6)
Входимость: 7.
37. Подвиг. (страница 7)
Входимость: 7.
38. Дар. (страница 2)
Входимость: 6.
39. Другие берега. (глава 8)
Входимость: 6.
40. Защита Лужина. (глава 11)
Входимость: 6.
41. Подвиг. (страница 5)
Входимость: 6.
42. Бледное пламя. Комментарии (страница 4)
Входимость: 6.
43. Лолита. (часть 1, главы 15-17)
Входимость: 6.
44. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 6.
45. Защита Лужина. (глава 3)
Входимость: 6.
46. Камера Обскура
Входимость: 6.
47. Дар. (страница 10)
Входимость: 6.
48. Лолита. (часть 1, главы 12-14)
Входимость: 6.
49. Лебеда
Входимость: 5.
50. Другие берега. (глава 9)
Входимость: 5.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Другие берега. (глава 2)
Входимость: 29. Размер: 30кб.
Часть текста: образах, донимающих меня, особенно после кропотливой работы. Я имею в виду, конечно, не "внутренний снимок" - лицо умершего родителя, с телесной ясностью возникающее в темноте по приложении страстного, героического усилия; не говорю я и о так называемых muscae volitantes (Перелетающие мухи (лат.) )-тенях микроскопических пылинок в стеклянистой жидкости глаза, которые проплывают прозрачными узелками наискось по зрительному полю, и опять начинают с того же угла, если перемигнешь. Ближе к ним - к этим гипногогическим увеселениям, о которых идет неприятная речь,- можно пожалуй поставить красочную во мраке рану продленного впечатления, которую наносит, прежде чем пасть, свет только что отсеченной лампы. У меня вырастали из рубиновых оптических стигматов и Рубенсы, и Рембрандты, и целые пылающие города. Особого толчка, однако, не нужно для появления этих живописных призраков, медленно и ровно развивающихся перед закрытыми глазами. Их движение и смена происходят вне всякой зависимости от воли наблюдателя и в сущности отличаются от сновидений только какой-то клейкой свежестью, свойственной переводным картинкам, да еще тем, конечно, что во всех их фантастических фазах отдаешь себе полный отчет. Они подчас уродливы: привяжется, бывало, средневековый, грубый профиль, распаленный вином карл, нагло растущее ухо или...
2. Память, говори (глава 2)
Входимость: 25. Размер: 32кб.
Часть текста: чужой вздор. Перед самым отходом ко сну я часто слышу, как в смежном отделении мозга идет какая-то односторонняя беседа, никак не относящаяся к действительному течению моей мысли. Равнодушный, посторонний, безличный голос произносит слова, совершенно мне не интересные, – английские или русские фразы, даже не ко мне обращенные и содержания столь плоского, что не решаюсь привести пример, дабы не заострить в передаче смыслом их тупость. Дурацкое это явление представляется звуковым эквивалентом некоторых предсонных видений, также хорошо мне знакомых. Я имею в виду не яркий мысленный образ (любимое лицо умершего родителя, например), вызываемый в воображении мощно ударившей крылами волей – одним из самых героических усилий, на какие способен человеческий дух. Не говорю я и о так называемых muscae volitantes– тенях, отбрасываемых на палочки сетчатки микроскопическими пылинками в стеклянистой жидкости глаза, проплывающими по зрительному полю прозрачными паутинками. Ближе к ним, к этим гипнотическим миражам, о которых идет речь, красочная рана продленного впечатления, которую наносит, прежде чем пасть, свет только что отсеченной лампы. Особого толчка, однако, не нужно для появления этих призраков, медленно и ровно развивающихся перед моими закрытыми глазами. Их движение и смена происходят без всякого участия наблюдателя, и в сущности отличаются от сновидений только тем, что он все еще вполне владеет своими чувствами. Они подчас уродливы: привяжется, бывало, жуликоватый профиль, какой-нибудь красномордый карл с раздутым ухом или ноздрей. Иногда, впрочем, фотизмы мои принимают скорее успокоительный, flou тон, – серые фигуры ходят между ульев, понемногу исчезают среди горных снегов маленькие черные попугаи, тает за плывущими мачтами лиловая даль. Сверх всего этого я наделен в редкой мере цветным слухом. Не знаю, впрочем, правильно ли говорить о...
3. Память, говори (глава 3)
Входимость: 22. Размер: 47кб.
Часть текста: который он знает с измальства, чем прямыми зоологическими изысканиями. Так, в первом варианте этой главы, описывая набоковский герб (мельком виденный многие годы назад среди иных семейных мелочей), я каким-то образом умудрился обратить его в домашнее диво – двух медведей, подпирающих огромную шашечницу. К нынешнему времени я отыскал его, этот герб, и с разочарованием обнаружил, что сводится он всего-навсего к двум львам – буроватым, и возможно, чересчур лохматым, но с медведями все же нимало не схожим зверюгам, – удовлетворенно облизывающимся, вздыбленным, смотрящим назад, надменно предъявляющим щит невезучего рыцаря, всего лишь одной шестнадцатой частью схожий с шахматной доской из чередующихся лазурных и красных квадратов, с крестом серебряным, трилистниковым, в каждом. Поверх щита можно видеть то, что осталось от рыцаря: грубый шлем и несъедобный латный воротник, а с ними одну бравую руку, торчащую, еще сжимая короткий меч, из орнамента лиственного, лазурного с красным. ”За храбрость”, гласит девиз. По словам двоюродного брата отца моего, Владимира Викторовича Голубцова, любителя русских древностей, у которого я наводил в 1930 году справки, основателем нашего рода был Набок Мурза (floreat 1380), обрусевший в Московии татарский князек. Собственный мой двоюродный брат, Сергей Сергеевич Набоков, ученый генеалог, сообщает мне, что в пятнадцатом столетии наши предки владели землей в Московском княжестве. Он ссылается на документ (опубликованный Юшковым в “Актах XIII-XIV столетий”, Москва, 1899), касающийся деревенской...
4. Другие берега. (глава 3)
Входимость: 15. Размер: 36кб.
Часть текста: любопытство к моей родословной; теперь я жалею об этом-из соображений технических: при отчетливости личной памяти неотчетливость семейной отражается на равновесии слов. Уже в эмиграции кое-какими занятными сведениями снабдил меня двоюродный мой дядюшка Владимир Викторович Голубцов, большой любитель таких изысканий. У него получалось, что старый дворянский род Набоковых произошел не от каких-то псковичей, живших как-то там в сторонке, на обочье, и не от кривобокого, набокого, как хотелось бы, а от обрусевшего шестьсот лет тому назад татарского князька по имени Набок. Бабка же моя, мать отца, рожденная баронесса Корф, была из Древнего немецкого (вестфальского) рода и находила простую прелесть в том, что в честь предка-крестоносца был будто бы назван остров Корфу. Корфы эти обрусели еще в восемнадцатом веке, и среди них энциклопедии отмечают много видных людей. По отцовской линии мы состоим в разнообразном родстве или свойстве с Аксаковыми, Шишковыми, Пущиными, Данзасами. Думаю, что было уже почти темно, когда по скрипучему снегу внесли раненого в гек-кернскую карету. Среди моих предков много служилых людей; есть усыпанные бриллиантовыми знаками участники славных войн; есть сибирский золотопромышленник и миллионщик (Василий Рукавишников, дед моей матери Елены Ивановны); есть ученый президент медико-хирургической академии (Николай Козлов, другой ее дед); есть герой Фридляндского, Бородинского, Лейпцигского и многих других сражений, генерал от инфантерии Иван Набоков (брат моего прадеда), он же директор Чесменской богадельни и комендант С.-Петербургской крепости - той, в которой сидел супостат...
5. Защита Лужина. (глава 10)
Входимость: 15. Размер: 22кб.
Часть текста: "Я надеюсь,- звучно сказала мать,- что ты отказалась от своего безумного намерения". "Еще, пожалуйста",- попросила она, протягивая тарелку. "Из известного чувства деликатности..."- продолжала мать, и тут отец быстро перехватил эстафету. "Да,- сказал он,- из деликатности твоя мать ничего тебе не говорила эти дни,- пока не выяснилось положение твоего знакомого. Но теперь ты должна нас выслушать. Ты знаешь сама: главное наше желание, и забота, и цель, и вообще... желание - это то, чтоб тебе было хорошо, чтоб ты была счастлива и так далее. А для этого..." "В мое время просто бы запретили,- вставила мать,- и все тут". "Нет, нет, при чем тут запрет. Ты вот послушай, душенька. Тебе не восемнадцать лет. а двадцать пять, и вообще я не вижу во всем, что случилось, какого-нибудь увлечения, поэзии". "Ей просто нравится делать все наперекор,- опять перебила мать.- Это такой сплошной кошмар..." "О чем вы собственно говорите?"- наконец спросила дочь и улыбнулась исподлобья, мягко облокотившись на стол и переводя глаза с отца на мать. "О том, что пора выбросить дурь из головы,-...

© 2000- NIV