Cлово "ТЕНЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: ТЕНИ, ТЕНЬЮ, ТЕНЕЙ, ТЕНЯМИ

1. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 14.
2. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 13.
3. Дар. (страница 5)
Входимость: 13.
4. Дар
Входимость: 13.
5. Дар. (страница 4)
Входимость: 12.
6. Машенька. (страница 5)
Входимость: 11.
7. Защита Лужина. (глава 8)
Входимость: 11.
8. Дар. (страница 6)
Входимость: 10.
9. Бледное пламя. Комментарии (страница 7)
Входимость: 10.
10. Под знаком незаконнорожденных. страница 6
Входимость: 9.
11. Дар. (страница 9)
Входимость: 9.
12. Приглашение на казнь. (страница 2)
Входимость: 9.
13. Король, дама, валет. (глава 2)
Входимость: 9.
14. Приглашение на казнь. (страница 4)
Входимость: 9.
15. Дар. (страница 10)
Входимость: 9.
16. Незавершенный роман
Входимость: 8.
17. Бледное пламя. Комментарии
Входимость: 8.
18. Пнин. (глава 4)
Входимость: 7.
19. Университетская поэма
Входимость: 7.
20. Бледное пламя. Комментарии (страница 5)
Входимость: 7.
21. Лолита. (часть 2, главы 1-2)
Входимость: 7.
22. Приглашение на казнь
Входимость: 7.
23. Пнин. (глава 5)
Входимость: 6.
24. Машенька. (страница 2)
Входимость: 6.
25. Машенька. (страница 3)
Входимость: 6.
26. Картофельный эльф
Входимость: 6.
27. Бледное пламя. Комментарии (страница 6)
Входимость: 6.
28. Другие берега. (глава 14)
Входимость: 6.
29. Машенька
Входимость: 6.
30. Дар. (страница 7)
Входимость: 6.
31. Другие берега. (глава 5)
Входимость: 6.
32. Память, говори (глава 15)
Входимость: 6.
33. Весна в Фиальте
Входимость: 6.
34. Король, дама, валет. (глава 4)
Входимость: 5.
35. Дар. (страница 2)
Входимость: 5.
36. Событие. Пьеса в прозе. Действие 3
Входимость: 5.
37. Ада, или Радости страсти. Семейная хроника. (Часть 1, глава 8)
Входимость: 5.
38. Защита Лужина. (глава 4)
Входимость: 5.
39. Порт
Входимость: 5.
40. Сестры Вэйн
Входимость: 5.
41. Лолита. (часть 1, главы 18-20)
Входимость: 5.
42. Камера Обскура. (страница 3)
Входимость: 5.
43. Бледное пламя. Комментарии (страница 2)
Входимость: 5.
44. Драка
Входимость: 5.
45. Тень
Входимость: 4.
46. Другие берега. (глава 4)
Входимость: 4.
47. Скитальцы (1-е действие)
Входимость: 4.
48. Обида
Входимость: 4.
49. Альфред де Мюссе. Декабрьская ночь
Входимость: 4.
50. Память, говори (глава 4)
Входимость: 4.

Примерный текст на первых найденных страницах

1. Бледное пламя. Поэма в четырех песнях
Входимость: 14. Размер: 44кб.
Часть текста: удвоены во мне Я сам, тарелка, яблоко на ней; Раздвинув ночью шторы, за стеклом Я открываю кресло со столом, Висящие над темной гладью сада, 10 Но лучше, если после снегопада Они, как на ковре, стоят вовне -- Там, на снегу, в хрустальнейшей стране! Вернемся в снегопад: здесь каждый клок Бесформен, медлен, вял и одинок. Унылый мрак, белесый бледный день, Нейтральный свет, абстрактных сосен сень. В ограду сини вкрадчиво-скользящей Ночь заключит картину со смотрящим; А утром -- чьи пришпоренные ноги 20 Вписали строчку в чистый лист дороги? -- Дивится перл мороза. Снова мы Направо слева ясный шифр зимы Читаем: точка, стрелка вспять, штришок, Вновь точка, стрелка вспять... фазаний скок! Се гордый граус, родственник тетерки Китаем наши претворил задворки. Из "Хольмса", что ли: вспять уводит след, Когда башмак назад носком надет. Был люб мне, взоры грея, всякий цвет. 30 Я мог сфотографировать предмет В своем зрачке. Довольно было мне Глазам дать волю или, в тишине, Шепнуть приказ, -- и все, что видит взор, -- Паркет, гикори лиственный убор, Застрех, капели стылые стилеты На дне глазницы оседало где-то И сохранялось час, и два. Пока Все это длилось, стоило слегка Прикрыть глаза -- и заново узришь 40 Листву, паркет или трофеи крыш. Мне в толк не взять, как видеть нашу дверь Мальчишкой мог я с озера: теперь Хотя листва не застит, я не вижу От Лейк-роуд ни крыльцо, ни даже крышу. Должно быть, здесь пространственный извив Создал загиб иль борозду, сместив Непрочный вид, -- лужайку и потертый...
2. Бледное пламя. Комментарии (страница 3)
Входимость: 13. Размер: 61кб.
Часть текста: Мое отрочество было слишком здоровым и счастливым, чтобы вместить что-либо, хотя отдаленно напоминающее обморочные припадки, испытанные Шейдом. Должно быть, он страдал эпилепсией в умеренной форме, крушеньями нервных путей, происходившими всегда в одном и том же месте, на одном закруглении рельсов, ежедневно в течение нескольких недель, покамест природа не завершила ремонтных работ. Кто сможет забыть лоснящиеся от пота добродушные лица медногрудых железнодорожных рабочих, которые, опершись на лопаты, провожают глазами окна экспресса, осторожно скользящего мимо? Строка 167: Был час и т.д. Поэт начал Песнь вторую (на четырнадцатой карточке) 5 июля, в свой шестидесятый день рождения (смотри примечание к строке 181: "нынче"). Виноват, - заменить на шестьдесят первый. Строка 169: Загробной жизни Смотри примечание к строке 549. Строка 171: Великий заговор После побега короля экстремисты почти целый год оставались при убеждении, что ни он, ни Одон не покинули Земблы. Эту ошибку можно приписать лишь фатальной тупости, сквозящей красной нитью и в самых толковых тираниях. Воздухоплавательные снаряды и все, с ними связанное, поистине колдовским туманом обнесли разумение наших новых правителей, которым добродушная История поднесла вдруг целый короб этих стрекотливых и егозливых безделиц, дабы им было, с чем цацкаться. Чтобы важный беглец, удирая, и не исполнил воздушного номера, - это им представлялось немыслимым. Через две минуты после того, как король и актер с грохотом сбежали по черной лестнице Королевского театра, каждое крыло на земле и в воздухе оказалось уже сочтено, - такова была распорядительность правительства. В несколько следующих недель ни единый из частных или гражданских самолетов не получил разрешения на...
3. Дар. (страница 5)
Входимость: 13. Размер: 67кб.
Часть текста: разговор. Как иные говорят с южным или московским акцентом, так мать и дочь неизменно говорили между собой с произношением ссоры. Голоса были схожи, оба смуглые и гладкие, но один был грубее и как бы теснее, другой - вольнее и чище. В рокоте материнского была просьба, даже виноватая просьба; в укорачивающихся ответах дочери звенела злость. Под эту невнятную утреннюю бурю Федор Константинович опять мирно засыпал. В редеющей местами дремоте он различал звуки уборки; стена вдруг рушилась на него: это половая щетка поехала и хлопнулась у его двери. Раз в неделю толстая, тяжело переводившая дух, пахнувшая кислым потом швейцариха приходила с пылесосом, и тогда начинался ад, мир рвался на части, адский скрежет проникал в самую душу, разрушая ее, и гнал Федора Константиновича из постели, из комнаты, из дома. Обычно же, около десяти Марианна Николаевна в свою очередь занимала ванную, а после нее, уже харкая на ходу, туда следовал Иван Борисович. Воду он спускал до пяти раз; ванной не пользовался, удовлетворяясь лепетом маленького умывальника. К половине одиннадцатого всг в доме стихало: Марианна Николаевна уходила за хозяйственными покупками, Щеголев - по своим темным делам. Федор Константинович погружался в блаженную бездну, в которой теплые остатки дремоты мешались с чувством счастья, вчерашнего и предстоящего. Довольно часто теперь...
4. Дар
Входимость: 13. Размер: 65кб.
Часть текста: Записки", издававшийся в Париже группой бывших эсеров, напечатал роман частями (в книгах с 63-ей по 67-ую, в 1937-38 гг.), но с пропуском четвертой главы, которую отвергли по той же причине, по которой Васильев отказывается печатать содержащуюся в ней биографию (в третьей главе): прелестный пример того, как жизнь бывает вынуждена подражать тому самому искусству, которое она осуждает. Лишь в 1952-м году, спустя чуть ли не двадцать лет после того, как роман был начат, появился полный его текст, опубликованный самаритянской организацией: издательством имени Чехова. Занятно было бы представить себе режим, при котором "Дар" могли бы читать в России. Я жил тогда в Берлине с 1922-го года, т. е. одновременно с юным героем моей книги. Однако ни это обстоятельство, ни то, что у меня с ним есть некоторые общие интересы, как например, литература и чешуекрылые, ничуть не означает, что читатель должен воскликнуть "ага" и соединить творца и творение. Я не Федор Годунов-Чердынцев и никогда им не был; мой отец не был исследователем Средней Азии (которым я сам еще может быть когда-нибудь буду). Никогда я не ухаживал за Зиной Мерц; и меня нисколько не тревожило существование поэта Кончеева, или какого-либо другого писателя. Кстати, именно в Кончееве, да еще в другом случайном персонаже, беллетристе Владимирове, различаю некоторые четры себя самого, каким я был в 1925-м году. В те дни, когда я работал над этой книгой, у меня не было еще той хватки, которая позволила бы...
5. Дар. (страница 4)
Входимость: 12. Размер: 68кб.
Часть текста: полосками полупрозрачной бумаги плоско закрепить на дощечках как-то откровенно-беззащитно-изящно распахнутую красоту, да подложить под брюшко ватку, да выправить черные сяжки, - чтобы она так высохла навеки. Навеки? В берлинском музее многочисленные бабочки отцовского улова так же свежи сегодня, как были в восьмидесятых, девяностых годах. Бабочки из собрания Линнея хранятся в Лондоне с восемнадцатого века. В пражском музее есть тот самый экземпляр популярной бабочки-атлас, которым любовалась Екатерина Великая. Отчего же мне стало так грустно? Его поимки, наблюдения, звук голоса в ученых словах, всг это, думается мне, я сберегу. Но это так еще мало. Мне хотелось бы с такой же относительной вечностью удержать то, что быть может я всего более любил в нем: его живую мужественность, непреклонность и независимость его, холод и жар его личности, власть над всем, за что он ни брался. Точно играючи, точно желая мимоходом запечатлеть свою силу на всем, он, там и сям выбирая предмет из области вне энтомологии, оставил след почти во всех отраслях естествоведения: есть только одно растение, описанное им, из всех им собранных, но это зато - замечательный вид березы; одна птица - дивнейший фазан; одна летучая мышь - но самая крупная в мире. И во всех концах природы бесконечное число раз отзывается наша фамилия, ибо другие натуралисты именем его называли кто паука, кто рододендрон, кто горный хребет, - последнее, кстати сказать, его сердило: "Выяснить и сохранить давнее туземное название перевала, - писал он, - всегда и научнее и благороднее, чем нахлобучить на него имя доброго знакомого". Мне нравилась, - я только теперь понимаю, как это нравилось мне - та особая вольная сноровка, которая появлялась у него при обращении с лошадью, с собакой, с ружьем,...

© 2000- NIV